– Твое‑то какое дело? Не лезь куда не просят.
– Убили кого‑то?
– Идиоты! Вы думаете, что тут каждый день кого‑то убивают? Это бывает крайне редко и только по острой необходимости. Потеряли там что‑то…
– Кто кричал? Женский голос… Я видел красивую брюнетку, когда шел сюда, – сказал Максим.
– Лучше забудь, что видел ее, а то мы тебя не убьем, а слепым сделаем! – посоветовал ему Борис. – Все! Заткнулись! До утра.
– Я в туалет хочу, – сообщил Григорий.
– Под себя сходишь, – грубо ответил Боря и захлопнул дверь.
Максим дождался, когда стихнут его шаги, и посмотрел на Григория:
– Хреново!
– Что?
– Похоже, спасения извне ждать не приходится, – озвучил Макс свою тревожную мысль.
– Как это?! Ты же говорил! Ты же обещал! – Глаза Гриши заблестели в темноте – похоже, от слез.
– Говорил, и я не обманывал тебя. Я и сам так думал… Но видишь, до сих пор нет никого, хотя я уже давно дал сигнал, чтобы нас вытаскивали побыстрее. Друг со мной так бы не поступил, он давно оказался бы здесь, если бы мог…
– Он что, тоже в аварию попал?
– Типун тебе на язык! С ним все хорошо… Вот почему он так задерживается? Что‑то случилось, может, связь с моим «жучком» нарушилась? Я купил новый, дорогой, а вдруг мне бракованный попался? Если честно, ничего больше в голову не идет.
Ума не приложу, почему эта скотина меня так подставил и не спешит на помощь? Вот выберусь отсюда – набью ему морду!
– Сначала выберись, – откликнулся Гриша, выводя Максима из состояния раздраженной задумчивости.
– А ты, кстати, что разлегся‑то? – накинулся на него Макс. – Лежит, как Емеля на печи!
– В смысле?
– В самом прямом! На силача он приехал учиться! – передразнил его Максим. – Разлегся, как баба… в ожидании принца! Помощь‑то не придет! Значит – что?
– Что?
– Спасение утопающих – дело рук самих утопающих! Усек? Надо выбираться отсюда! – В Максиме проснулась энергия, или это заговорил инстинкт самосохранения.
– Как?
– Для начала развяжем тебя. Не покатишься же ты этакой колбаской?
– Колбаской не хочу, – подтвердил Григорий, – но… у них пистолеты есть.
– Ничего страшного, – отмахнулся Максим.
– Нет, это страшно, – не согласился с ним парень.
– Так мне – что? Одному уносить ноги? – спросил Максим.
– Развяжи, – попросил Григорий, которому, похоже, стало стыдно за свое поведение.
– То‑то же!
– Что связанный, что развязанный… ощущения‑то одни и те же…
– У тебя затекли руки и ноги. Полежи немного, приди в себя, – сказал Максим.
