Просто Она

Да что там – цветочный рынок скуплю!

Но не сегодня!

Домофоном воспользоваться не пришлось – какая-то мадам с собачонкой как раз выходила. Повезло.

Фея жила на четвертом этаже. Обошелся без лифта.

Сердце стучало как сумасшедшее.

Перед самой дверью я замер.

Что я ей скажу?

Фак!

Я вообще не буду с ней говорить!

Мне есть чем занять мой язык и ее рот!

Так я и сделал.

К хренам слова! Только портят все!

Мы целовались исступленно, страстно, дико. И опять я задрал ее платье, обернул ноги вокруг своей талии…

Нет… Это не дело!

Надо хоть второй раз сделать это нормально!

- Где спальня?

Она мотнула головой неопределенно, ну, собственно, квартирка маленькая, я решил, что не ошибусь если зайду в первую дверь.

Полумрак, прохлада и… большая кровать.

Да!

Во всю комнату!

То, что доктор прописал.

- Андрей…

- Потом поговорим.

Я уложил ее на покрывало, вытащил рубашку из брюк, расстегивая пуговицы, рванул ремень, быстро раскрывая ширинку, освобождая изнывающий член, наблюдая как она стаскивает с себя платье.

Такое прекрасное, такое знакомое уже тело!

Кружевной бюст полетел в сторону, туда же стринги.

- Чулки оставь.

Она широко раздвинула ноги, и я просто пропал.

Охренеть.

У нее была роскошная растяжка – это я еще вчера понял!

И меня ждал крышесносный сюрприз – гладкое лоно, лишенные волос лилейно белые лепестки. А между ними аппетитная нежно розовая сердцевина, манящая, волшебная – я чувствовал дикое напряжение во всем теле, так мне хотелось оказаться там!

Фак.

Это будет очень жестко, детка, готовься!

Глава 18.

Прижимая член к влажным, гладеньким складочкам я думал только об одном – не облажаться бы, не опозориться и не закончить путешествие раньше времени.

На этот раз я-таки сподобился надеть презерватив. Хотя было желание вставить так – мы ведь уже обменялись жидкостями? Так что…

Узко, горячо, влажно…

Охрененно!

Я входил, наслаждаясь ее всхлипами и стонами.

- А… А…Анд…О, Боже… О…

Да, детка, делай со мной это!

Вернее, не делай! – сказать хотелось именно это, потому что я готов был кончить от одного звука ее сладкого голоса.

Я вошел почти до упора. Когда моя мошонка опустилась на ее промежность думал сразу взорвусь.

Она задрожала подо мной, раскрылась, словно стараясь пустить глубже. Но я, кажется, уже уперся в стенку матки – или как там называется эта преграда, которая внутри? Мне уже некуда было двигаться дальше.

Просто нереальный кайф.

Я опустился на нее весь, стараясь удерживать вес на руках.

Мы смотрели в глаза друг другу.