Просто скажи мне «Да»

– Лена, все должно быть на высшем уровне.

Вздохнув, я убрала его руки, и сама поправила ему галстук.

– Будет, Вадим Алексеевич.

Тихонов привлек меня к себе и поцеловал в шею.

– До встречи на работе.

– До встречи.

Я взглянула на время и торопливо сгребла в сумочку ключи от машины и пачку своих сигарет. До двух часов дня у меня было тридцать свободных минут, чтобы заскочить в магазин электроники и купить чертов фотоаппарат. Я просто обязана заснять измену своего суженого.

С фотоаппаратом мне повезло, консультант быстро подобрал нужную мне технику.

Когда я выбралась из своей машины со стаканчиком кофе, до встречи с управляющим оставалось двадцать минут, но Вика Кожухова уже ждала меня возле входа в ресторан «Мартинез».

– Слушай, а какая муха сегодня укусила нашего Вадима Алексеевича? – снимая очки от солнца, подруга с подозрением взглянула на меня.

Я непонимающе приподняла бровь.

– А что с ним?

– Да бешеный какой-то.

– А, это. Я ему утром отказала.

– В смысле?

– В смысле, он хотел пламенного секса, а я не дала.

– Кхм… Как ты могла? Такому кобелю, и не дать?

– Кобелю, Вика. Правильно ты подметила.

– Лен, секс полезен для здоровья. Могла бы расщедриться, у нас бы головы не трещали от его истерики.

– Пусть передернет, если так приспичило, – отмахнулась я.

– Ты все еще злишься из-за Колокольцевой?

Я вздохнула и отпила глоток кофе.

– Вик, Колокольцева – это вершина айсберга.

– Кто?

– Жена Стрельцова!

– Да иди ты… Серьезно, что ли?

– Серьезно то, что Вадим выделил под нее ставку! Видите ли, она лучшая ассистентка Стрельцова.

Кожухова изумленно распахнула глаза.

– Она что, тоже приедет?

– Да! Причем на три дня раньше самого Стрельцова!

– И что, она прям пишет твоему мужу любовные письма?

Я хмуро взглянула на здание ресторана и выбросила недопитый кофе в урну.

– Пишет, что в Москве ей было с ним хорошо! Представляешь?

Вика вдруг улыбнулась.

– О-о-о, чую, в новом корпусе будет весело.

Я вздохнула.

– Я хочу развод, Вик. Очень хочу, чтобы Вадим его дал.

Она покачала головой.

– Он не даст, Лена. Это я тебе, как психотерапевт говорю.

– Что, с точки зрения психиатрии с Тихоновым все так плохо?

Вика шумно вздохнула и достала сигарету.

– Ты хочешь знать правду?

Я кивнула.

Она прикурила и развеяла дым."

"– Правда, так правда. Ты сама попросила. Он нарцисс. А ты его любимая игрушка.