– Ты, – Казбек ткнул пальцем в более крупного пленного (коренастый, среднего роста – второй вообще мелкий, хоть и жилистый, совсем пацан ещё). – Имя, отчество, фамилия, звание.
– Константин Иванович Воронцов, – послушно доложил коренастый. – Майор..."
"Вот и раскололся. А когда его били и спрашивали данные, он назвался другим именем.
– Хорошо. Ты... – тычок в сторону мелкого. – Имя, отчество, фамилия, звание.
– Василий Иванович Крюков. Майор, – мелкий вдруг недовольно нахмурился и добавил: – И пошли вы в жопу, уроды! Где мой обед?! Мне уже давно пора жрать!!!
Так.
.. Мы, конечно, с врачом договаривались насчёт непринуждённости... Но не до такой же степени! Видимо, мелкий в быту страшный грубиян и теперь его вовсю «тащит». Я тихонько покрутил ладонью, показывая Казбеку – надо побыстрее, без пауз, чтобы мелкий был занят «вытаскиванием из левого полушария» фактов, но не сиюминутных потребностей.
– Целых два майора, – прокомментировал Казбек и, оценив, видимо, мой жест, заторопился.
– Ты, – это к коренастому: – Где тебя взяли в плен?
– В Тхан-Юрте.
– Майор Крюков?
– Я!
– Где тебя взяли в плен?
– В Тхан-Юрте... Да ну вас на х...й с вашими вопросами! Сначала обед – потом вопросы!
– Молчать, майор! – Казбек пристукнул ладонью по столу. – Ты разговариваешь с бригадным генералом, соблюдай субординацию!
Это неожиданно подействовало: мелкий изобразил подобие строевой стойки, развернулся всем корпусом к Казбеку и отчеканил:
– Виноват! Больше не повторится!
– Я понимаю поведение майора, – сноровисто разрулил ситуацию Казбек.
– Он думает, что сейчас с ним поступят так же, как с этими предателями, поэтому выступает, показывает боевой дух... Но больше шокирующих сцен не будет. Мы не бандиты, как утверждает продажная пресса и федералы, а регулярная армия Ичкерии. А эти люди, хоть они и совершили ужасное злодеяние, прежде всего солдаты армии противника. Пленные. Их будет судить военный трибунал Государственного комитета обороны Ичкерии.
..
Моджахед с телефоном, всё это время смотревший на часы – по сценарию он должен вмешиваться каждые две минуты, нагнетать обстановку, – опять приложил трубку к уху, затем пошёл было к столу.
– Понял-понял, – отмахнулся Казбек. – Передай – ещё две-три минуты.
Моджахед вернулся на место, пробубнил в трубку что было велено. Всё получилось вполне гармонично, на улице продолжалась стрельба, изредка ухали взрывы... Обстановка выглядела взвинченной до предела.
