Простушка на одну ночь

Его член становится невыносимо напряженным, горячим, как раскаленный камень.

Уши закладывает от биения пульса, звуки гасятся. Слышны только приглушенные стоны Марселя и его хриплые ругательства, смешанные с одобрением.

— Опусти руку между ног, — требует. — Сейчас же…

Я немедленно исполняю приказ. Пальцы утопают в смазке.

Искорки от прикосновений, ласка на его глазах самой себя.

— Ты же умеешь забавляться. Покажи! — в голосе звенит приказ. — Активнее!

Развожу ноги пошире, добавляя огня в ласку на глазах мужчины, двигаю пальцами быстрее и резче, чувствуя, как на каждом прикосновении подбрасывает вверх, как пушинку, гонимую ветром.

— Вот так. Продолжай… Умница… А теперь расслабь ротик. Дай его мне выебать хорошенько!

Ладонь Марселя ложится на шею, поглаживая и расслабляя, потом фиксирует плотно. Вторая ладонь до сих пор на затылке. Получается крепкий капкан, из которого не вырваться.

— Ты мне нравишься… Очень, — говорит он.

Я мигом получаю ту необходимую дозу доверия, которой мне не хватало, чтобы расслабиться полностью, отпустить себя.

Сглатываю вязкую слюну, позволяю себе расслабиться. Подняв взгляд, смотрю Марселю в глаза. Он пробует двигаться. Сначала осторожно, потом активнее и резче, взмахами бедер вбивая член мне в рот активнее и быстрее с каждой секундой.

Разогнавшись, он просто вгоняет его между губ мощно и жестко, входит и выходит почти целиком, действуя даже агрессивно немного.

— Быстрее, — просит хрипло. — Хочу, чтобы ты кончила с моим членом во рту…

Новые взмахи… По его прессу скатываются капельки пота. Моя грудь колышется от его движений, все тело трясет. Между ногами скапливается жар, стекает прямиком на простынь.

Хлюпает. Чавкает. Звуки, с которыми он имеет меня в рот, накладываются на другие, не менее влажные и громкие.

В воздухе четко витает запах секса.

— Ммм… — стону, чувствуя, как подкатывает, как накрывает.

Выдержать нет сил… Кончаю, сжимаясь вокруг своих пальцев.

Марсель все ще вбивается мне в рот быстрее и быстрее. Думаю, что не хватит сил выдержать это сумасшествие, но потом его освобождение перекрывает мое. Взрыв теплой жидкости, вязкой, с особенным вкусом у меня во рту.

— Идеально… Да… — продолжает добивать замедляющими толчками.