Рот был тревожно сморщен, как дыра, ярко-красные губы навсегда застыли в форме буквы О.
Старший помощник ахнул.
— Вот дерьмо, — пробормотал Хуарес и тут же, будто смутившись своего испуга, добавил: — Извините.
— Ничего страшного, — сказал Мэтт, — эта штука и впрямь пугает.
— Это какая-то странная кукла? — спросила Бри. Мэтт закашлялся.
— Вроде… ну… типа того.
Краем глаза она заметила на лице Хуареса ярко-красные пятна. Вновь присмотрелась к кукле. Она напоминала воздушный шар. Когда до Бри наконец дошло, что это такое, её захлестнула волна омерзения.
— Ох ты ж… Это надувная секс-кукла.
Она взглянула на Мэтта, ожидая, что он покачает головой, но по его лицу было видно, что его всё это ни капли не забавляет. Он мрачно смотрел на куклу, его губы сжались в хмурую линию. Бри повернулась и направила свет на тело куклы.
Как и следовало ожидать, она была голой. На огромной груди был выведен чёрным маркером значок. Кто-то печатным шрифтом написал «ШЕРИФ ТАГГЕРТ», нарисовал три красных пятна и дал краске стечь.
Бри охватил страх, и облегчение, которое она испытала минуту назад, рассеялось, как дым на ветру. Между ног куклы торчала полицейская дубинка, с одной руки, похожей на воздушный шарик, свисали наручники, верёвка на шее была стянута в тугую петлю.
Бри отошла назад. У нее не было слов.
— Очевидно, что это угроза, — тон Мэтта был спокойным, но ясно было, что ему стоит немалых усилий сдерживать гнев.
— Мэм? — Хуарес отошел на несколько шагов, тоже достал фонарик. Повернулся в противоположном направлении, осветив остальную часть пространства с шестью отсеками.
Ей стало немного не по себе, когда она увидела изображение жёсткого группового секса. Женщина стояла на четвереньках, её одновременно насиловали трое мужчин. Тот, что стоял на коленях сзади, держал веревку, привязанную к её шее. Из глаз женщины текли кровавые слёзы.
У Бри не было причин стыдиться. Она ни в чём не была виновата. И всё же ей стало стыдно. Вся эта сцена была иррационально тревожна и унизительна.
