Коллинз заглянула в кабину пикапа, Хуарес обошёл внедорожник, Бри опустилась на одно колено и заглянула под машины, Мэтт — через борт пикапа. В углу лежал кусок брезента, но слишком плоский, чтобы под ним мог скрываться человек. Больше спрятаться было негде.
Пёс дёрнул за поводок, и Мэтт последовал за ним. Слегка прихрамывая, Броди подбежал к задней части пикапа и тихо заскулил. Мэтт прочитал номерной знак.
Бри указала на внедорожник.
— А это машина Стефани Крайтон.
Встав на задние лапы, Броди обнюхал заднюю дверь.
— Посмотри, что под брезентом.
Хуарес поднял брезент, посветил фонариком и произнёс одно слово:
Мэтт внимательно осмотрел рифленый металл. Крови было гораздо больше, чем тех пятен, которые они нашли в пикапе Шейна Бартоломью. Тёмные полосы бежали от середины кузова к двери багажника — похоже, истекающего кровью Тодда силой тащили из машины. В животе Мэтта забурлили возмущение и тревога.
Недостаточно крови, чтобы предположить, что Тодд умер.
Но и никаких доказательств того, что он всё ещё жив.
— Мы полагаем, что это кровь Тодда? — спросила Коллинз с мрачным лицом. Мэтт взглянул на Броди. Пёс был сосредоточен и возбуждён.
— Да. Доверьтесь собаке.
Тодд был хорошим человеком. Он не заслужил, чтобы его избивали и таскали как кусок мяса.
Или творили с ним что-то ещё хуже.
Броди обошёл гараж по периметру, приблизился к задней двери. Тодда здесь больше не было, и псу не терпелось вернуться на тропу. Мэтт позволил ему идти впереди.
Лёгкий ветерок шевелил ветки над головой. Пёс остановился, вновь принюхался.
— Он чувствует запах в воздухе или на земле? — спросила Коллинз.
— Повсюду, — Мэтт послушно шёл за Броди, а тот начал нарезать круги по спирали. — К-9 чувствуют конус запаха, на кончике которого сконцентрирован аромат. Они способны учуять даже микроскопические клетки. Ветер слабый, просто он переменился. Дайте псу время. Он сориентируется.
Броди по-прежнему не обращал внимания на дом.
По эту сторону озера участки были большими. Дом стоял на возвышении, так что вид изо всех окон открывался отличный. Длинная, покатая лужайка размером с футбольное поле спускалась к воде. Над озером простирался причал, в конце него покачивался на воде длинный парусник, рядом была привязана моторная лодка поменьше. Лунный свет мерцал на зеркальной поверхности воды.
