Против нее

— Вы оказали сопротивление при аресте?

— Нет, — Кенни покраснел. — Ну то есть я злился и кричал, а кто бы не кричал на моём месте? Мне в машину подбросили пакет с наркотой. Но я никого из них не бил и не толкал.

— Если это правда, то мы вам очень сочувствуем, — сказала Бри. — Но у нас ещё много дел. Нам всем будет легче, если вы будете сотрудничать.

— Ну понятно, — Кенни фыркнул. — Раз уж копы кого схватили, спастись ему не удастся. Я понял это на собственном горьком опыте, — он провёл рукой по лысой голове.

 — Но кое в чём мне повезло. Люди были на моей стороне. Мой работодатель поверил мне с самого начала. Когда я вышел, он сразу же позволил мне вернуться на работу, — он указал на окно. — Моя квартирная хозяйка — давняя подруга моей мамы. Она тоже понимает, что я не виноват. Это место так себе, но оно уж лучше, чем ночлежка, полная бывших заключённых. К тому же она берёт с меня ровно столько, чтобы покрыть счёт за электричество. Не будь ей нужен доход, она бы совсем ничего не брала. Мне нужно скопить денег, прежде чем я смогу приобрести жильё получше, — он печально прищурился.  — Раньше у меня был хороший маленький дом. Не самый шикарный, зато свой собственный.

— Разве комиссия по условно-досрочному освобождению не заставила вас признать свою вину? — спросила Бри.

— Вся эта система — один большой обман, — Кенни скрестил руки на груди. — Я сказал бы что угодно, лишь бы выйти из тюрьмы. Поверьте мне, вы бы тоже.

Мэтт в этом не сомневался. Тем, кто вынужден выживать, не до гордыни.

— Зачем помощникам шерифа было фальсифицировать обвинения против вас?

— Я не знаю, — Кенни потёр затылок. — Я никогда не мог этого понять.

— Если они вас подставили, то приложили немало усилий, чтобы это сделать, — заметил Мэтт.

— Да, верно, — согласился Кенни. — Почему они это сделали? Я не знал никого из них.

— Они разрушили вашу жизнь, — сказала Бри. — У вас есть все основания на них злиться.

Очевидно, Кенни не просиял, но всё-таки в конце концов спросил:

— Потому что один из тех помощников, — Бри сделала паузу, чтобы выдержать эффект, — Оскар, был жестоко убит.

— Вот дерьмо, — Кенни побледнел.

— Вы этого не знали? — спросил Мэтт.

— Откуда мне было знать? — Кенни чуть повысил голос.

— Из новостей, например, — предположил Мэтт.

— У меня нет времени смотреть новости, — глаза Кенни метались, как будто его мысли играли в догонялки. — Когда его убили?

— Где-то в промежутке с восьми вечера воскресенья до восьми утра понедельника.