Против нее

Стены были белыми, как в день покупки дома, и голыми. Из мебели — только предметы первой необходимости. Он не мог исправить всё сразу, но важен был сам факт, что ему впервые захотелось сделать свой дом похожим на дом. Он начал мысленно составлять список, что купить в первую очередь: краску, цветы, мульчу…

За спиной хрустнула ветка. Он повернулся на звук.

Первый удар пришёлся ему в висок. Боль пронзила голову, он рухнул на колено. Перед глазами вспыхнул свет, словно упала звезда. Сперва ему показалось, что он напоролся на низкую ветку дерева, но тут он скорее почувствовал, чем увидел фигуры, которые двигались вокруг.

Когда в голове словно запрыгал вверх-вниз мячик для пинг-понга, он с трудом разобрал, что на него напали.

Он потянулся к пистолету на бедре, но едва расстегнул кобуру, второй удар пришёлся ему по локтю, задев нерв. Белая горячая агония пробежала от кончиков его пальцев к плечу, и он выронил пистолет. Человек навис над ним, закрывая лунный свет. Он был в камуфляже.

В его руке что-то качнулось — палка, дубинка? Широкополая шляпа закрывала его глаза, а тёмная бандана — лицо.

Нападавшие поменялись местами. Тодд попытался их посчитать, но в глазах мутилось, и в них попала кровь, стекавшая по лицу.

Четверо? Нет, пятеро.

Его рука снова потянулась к талии, но он был не в униформе. Ни дежурного ремня, ни электрошокера, ни перцового баллончика, ничего. Поднявшись на ноги, он развернулся, тщетно пытаясь оказаться лицом к нападавшим. Кто-то приблизился, он, не глядя, нанёс удар, попал кулаком в живот и услышал сдавленное рычание.

Ещё один удар дубинкой пришелся ему по спине. От боли сводило ноги, но он понимал, что если упадёт, то больше не встанет.

И драка станет избиением.

Он держался на ногах лишь благодаря силе воли. Пошатываясь, он собрался с силами и рванулся. Его ботинок задел чьё-то колено. Что-то треснуло. Кто-то вскрикнул, его колени подогнулись, и он упал на задницу.

Победа придала Тодду сил, и он набросился на упавшего.

Пнул его ногой, ударил левым локтем под челюсть. Услышал, как лязгнули чьи-то зубы.

Удар пришёлся ему в лицо. Он увернулся, но второй кулак появился из ниоткуда и попал ему в глаз. Адреналин частично блокировал боль, но на несколько секунд в глазах раздвоилось.

Он был достойным бойцом, но не против пяти противников, У него не было возможности победить. Он вспомнил лицо Оскара, покрытое синяками, пулевые отверстия на его коленях, плече и лбу.