Против течения

Леди Мелтон была одной из них. С первой минуты ее появления в гостиной Энн почувствовала враждебность в ее взгляде и почти неуловимое неодобрение в чистом и хорошо поставленном голосе.

— Так, а теперь вы должны рассказать мне о себе, — промолвила она, скорее приказывая, чем вызывая на откровенность.

Энн со стыдом ощутила, что язык ее парализован, и быстро посмотрела на Джона, словно призывая на помощь.

— Надеюсь, вы прочли мое письмо, матушка, — вмешался он.

Леди Мелтон перевела взгляд на сына.

— Да, прочла, — сказала она. — Оно оказалось для меня сюрпризом, если не сказать шоком.

— Этого я и боялся, — сказал Джон. — Но в то же время я рассчитывал, что вы поймете нас, матушка: Энн только что понесла тяжелую утрату, поэтому наилучшим в сложившейся ситуации могло быть очень тихое бракосочетание.

— Боюсь, я не в состоянии понять необходимость такой спешки, — холодно заявила леди Мелтон, — Энн могла бы приехать сюда и пожить у нас пару месяцев, после чего вы поженились бы как подобает.

— О, мы женаты по всем правилам, — заметил Джон с усмешкой.

Леди Мелтон не обратила внимания на замечание сына и продолжала, как будто ее не прерывали:

— Помимо всего прочего, Джон, ты не должен был забывать о своих обязанностях, и не только по отношению ко мне — это, разумеется, мелочь, — но по отношению к своим арендаторам, к своим друзьям и, что далеко не последнее, к своим избирателям.

— Предполагаю, что мы дадим им новую пищу для пересудов, — холодно ответил Джон.

Открылась дверь, вошли дворецкий и лакей с большим подносом, на котором стояли заварочный чайник с гербом и серебряный чайник побольше с горячей водой. Стол был накрыт у камина. Энн сравнивала его с тем, что обычно подавала к чаю у себя в доме и что доставляло такое удовольствие Джону.

Скатерть из белого полотна была густо покрыта вышивкой и обшита широкой оборкой из настоящего кружева. На ней, как определила Энн, был расставлен очень красивый старинный фарфор.

Еда была разложена изящно, со вкусом, но ее было так много, что у Энн невольно возникли сомнения, управятся ли они хотя бы с десятой ее частью.