Против течения

— В таком случае положитесь на меня, — сказал он. — Вы, конечно, Энн, а я Чарлз, Чарлз Линтон.

— Как поживаете? — Энн протянула ему руку.

— Вам не говорили обо мне? — Энн покачала головой. — Еще скажут, — пообещал он. — В настоящий момент я стараюсь произвести хорошее впечатление, чтобы смягчить все то плохое, что вы обо мне услышите.

— Вы узнаете все в свое время, но сейчас давайте забудем об этом, потому что я хочу сказать вам, как я рад познакомиться с вами и как счастлив видеть вас здесь, в Галивере.

Энн почувствовала внезапное облегчение застывшего страдания, в которое, казалось, была закована со времени приезда, Появился кто-то, теплый и человечный, расположенный к ней и открыто выражающий свое отношение.

— Спасибо, — сказала она так серьезно, что это простое слово приобрело особую ценность.

— А теперь, полагаю, мы должны проследовать в гостиную?

Энн послушно повернулась, но он заметил выражение ее лица и остановился:

— Вас что-то тревожит?

Энн без всяких рассуждений выложила правду:

— Это платье! — и быстро добавила, словно устыдилась своей откровенности: — Думаю, что ни одной женщине не понравится быть Золушкой.

— Конечно нет. — В голосе Чарлза звучали и симпатия, и понимание.

— Но это мое единственное платье.

— Понятно, — ответил Чарлз. — А дорогой Джон со своей обычной мужской тупостью даже не подумал о столь земном предмете, как платье, когда привез вас сюда.

В том, как он произнес это, было столько юмора, что Энн рассмеялась.

— Смешно придавать этому такое значение, не правда ли? — спросила она.

— Вовсе нет, — ответил Чарлз. — Это очень ответственный момент в вашей жизни, и вы хотите выглядеть наилучшим образом. Подождите-ка! — Он отодвинулся, чтобы оглядеть ее, прищурил глаза и вдруг сказал:

— Есть идея, — сказал Чарлз. — Вдохновение, если хотите. Что бы это ни было, я знаю, что делать. Предоставьте все мне, идите в свою комнату и никому не показывайтесь. Мне понадобится не больше трех-четырех минут.

— Но я не понимаю, — воскликнула Энн и быстро добавила: — Если вы хотите занять для меня чье-то платье, я прошу вас не делать этого. Я предпочитаю… остаться в своем.

— Разумеется, — ответил Чарлз. — Доверьтесь мне. Энн поступила, как ей велели, сама не зная почему: она вернулась к себе и стала ждать, несколько взбудораженная и заинтригованная.

Она сознавала, что питает к Чарлзу необъяснимую симпатию, так же как к его сестре питала столь же необъяснимую антипатию.