Противоборство

Вы умойтесь, а потом поедите. Хозяйка в костел ушла, она всегда в это время туда ходит, и нас всегда берёт, вздохнув, добавила она.

– Так иди, я один управлюсь. Чего со мною возиться, не ребёнок же?

Федина «прыснула»:

– Ребёнок, тоже мне.

– Вот-вот, не маленький, умываться уже умею, вилку, ложку тоже умею держать. Так чего за мной ухаживать.

– Не-ет, хозяйка приказала помочь. Вы же важный Дон, так она сказала.

– Фединушка, опять ты споришь со мной. Чего тебе со стариком сидеть, беги в свой храм, наверно, тебя подруги заждались, а я уж сам управлюсь.

Скажи Камиле, что Дон тебя отпустил, вернее, приказал нельзя молодым девушкам службу в храме пропускать.

Она задумалась ненадолго, потом сверкнула глазками, крутанулась и только её каблучки простучали по доскам лестницы. Ник быстро застелил кровать. Спустился, разыскал душевую, там умылся, побрился. В гостиной стол уже был накрыт. Блюда, которые ему приготовила Федина, были накрыты крахмальными салфетками, а под тёплой накидкой явно высился кофейник.

Не спеша уселся за стол и принялся за еду, а тут и подъехали Мигель с Клодом. Они, весело галдя, можно сказать, раскрепощёно галдя, всё-таки без строгого ока, тоже принялись за еду. Как принято в таких случаях выпили по кружечке. Мигель с тоскою оглядел кувшин, вздохнул:"

"– Больше нельзя. За рулём. У нас такие правила. Одну ещё можно, но других никак нельзя. Непорядок. Да и то такое разрешают только проверенным. Меня тут все уважают, советуются, всё-таки столько повидал, столько умею. Одна только Камилла этого не ценит.

Всё попрекает, что столько времени ерундой, не настоящим делом занимался. А вот другие даже очень за это меня уважают. Вон Клод не даст соврать, как со мной встречавшиеся люди разговаривают, а как в кассе нас обслужили. Да, вот держи, Ваши билеты. Рейс через два с половиной часа. Сейчас поедим на дорожку. Тут Камилла приказала племянницам продуктов на дорогу Вам дать, а я тоже приготовил Вам кувшинчик. Полетите, с голоду не умрёте, а всякую там еду, что дают в самолёте, лучше не ешьте, от неё всякое может быть. Клод только усмехнулся. По всему было видно, встреча с другом, боевым товарищем для него была в радость. Через полчаса, загрузив в багажник довольно увесистую сумку, они мчались в аэропорт Бильбао. В машине Клод объяснил:

– Они летят вдвоём до Болгарского аэропорта в Бургасе. А там делают пересадку, но дальше, если будет всё спокойно, он уже полетит один. В Москве его встретят, да и в Бургасе тоже. В общем, отследят.