Противоборство

И хотя генерал, не зная латынь, не черпал знаний и мудрости из накопленного за тысячи лет римлянами, но он бы полностью согласился с ними, увидя этого господина, мнящего себя повелителем в часы испытания, увидев его истинное мурло «Невооружённая рука и разум, представленный самому себе, немного стоят». Впавший в панику деятель, объятый животным страхом за свою жизнь, совершенно не владевший собой, издавал продиктованные этим страхом приказания одно нелепее другого. И только его благодетельница любовница, да шеф службы безопасности ещё как-то могли повлиять на него.

Но и они потребовали немедленного результата. Все попытки генерала объяснить им, что «форсаж» в таких делах не только бессмысленен, но и просто разрушителен для операции, не были приняты ими во внимание. Немедленного результата и баста! При этом в адрес самого генерала, правда, только из уст этого теряющего человеческий облик господина сыпались оскорбления и угрозы. Вот на этой ноте и началась встреча Фёдора Ивановича с Чифом. Дрогнувший и «прогнувшийся» генерал потребовал от него результата. Все попытки объяснить Чифу пагубность, вредоносность таких требований не привели ни к чему хорошему. Чиф, впавший в бешенство от пережитых им унижений, принялся орать на Пенсионера. Дав ему поорать, выдохнуться, начал рассуждать, как быть в этой ситуации, как решить проблему, «чтоб волки были сыты, и овцы целы». Собеседник, опустошённый своей выходкой, подавленно молчал. Его нынешнее состояние было вполне объяснимо, хотя и непростительно. Стыд, гнев, презрение к себе за то, что им заслуженным, столько лет своей жизни отдавшим благородной и опасной службе защите Отечества, управляет и помыкает невесть откуда взявшийся прощелыга, буквально раздавливали его. Замолкнувший было генерал выдавил:

– И ещё они грозятся всё передать Федеральной службе охраны Президента, а ты знаешь, что за личность управляет ей. Он-то не посчитается с нами, а постарается стереть по случаю нас с лица земли. Уж мне-то хорошо известны его поступки и дела.

"

"Он снова удручённо замолчал. И хотя Фёдор Иванович практически не знал этого человека, сделавшего карьеру из майора Девятки, но понимал, ничего хорошего от неё ни ему, ни генералу ждать не приходится. Каков поп таков и приход, этим всё сказано! Ему было ясно частью с таким трудом устроенной западни по прихоти этого испуганного идиота придётся пожертвовать. Конечно, наиболее эффективной жертвой был бы Вещевик, как же формально завербованный террористом.