(Противо)показаны друг другу

— Еще раз так его назовешь, я тебя накажу. Серьезно.

— Оставишь без сквирта? Моя Марьиванна переживет, — отталкивается от меня и перекатывается на бок. — Расслабься, — сама тянется к моему лицу и проходится губами по моим. — Я, так уж и быть, сделаю тебе минет.

— Нет.

— В смысле?

— Я тебе не доверяю. Откусишь еще на хрен.

— За кого ты меня принимаешь? — обиженно произносит Лиля, нахмурив брови. А может, я и вправду сгущаю краски.

— За Синичкину. Ладно, давай, — откидываюсь на кровать, параллельно наблюдая над склонившейся надо мной Лилей.

Она, как ни странно, без каких-либо издевок принимается расстегивать на мне рубашку. Очень даже ловко. Полностью снимает ее с меня и проводит ладонями по груди. Хорошо. Просто охренительно хорошо, что у нее короткие ногти. Хватается за ремень джинсов и пытается их стянуть с меня. А не тут-то было.

— Ну жопу-то приподними.

— Только после того, как ты скинешь с себя комбез. Я голый, а ты в одежде? Обойдешься. Снимай давай, — подкладываю руки под голову и начинаю наблюдать за тем, как она снимает с себя джинсовую хрень.

А под ней простая футболка и трусы. Последние это что-то с чем-то. Розовые с кричащей надписью «Обожаю мальчишек. Они такие дураки». Да, деточка, не трахаться ты сюда пришла. Вот только зачем?

— Все? Теперь поднимай зад, — дебил. Однозначно дебил, ибо согласиться на это может только он. — Прикольные у тебя, однако, трусы, — усмехается Лиля, глядя на мои боксеры со сперматозоидами.

— На свои посмотри.

— Ну да, один-один. Я сейчас вернусь, — хватаю ее за руку, как только она пытается привстать с кровати.

— Куда собралась?

— За презиком. Я только с ним.

— Минет тоже?

— А то. Гадость всякую в рот брать. В смысле что-то чужеродное. У меня без презика туда только съедобное попадает. Ну и паста зубная. Я быстро, — отпускаю ее руку.

Синичкина и вправду появилась на кровати очень быстро. С улыбкой на лице и презервативом в руке. Странно. Может, и не нужно ждать от нее подвоха. Вновь тянется к моим губам, полностью перехватывая инициативу на себя.

Я бы сказал — открыто напирает, шаря руками по моему телу. Какая на хер разница, что происходит, если мне в принципе хорошо. Сам не понял в какой именно момент мое запястье оказалось приковано к изголовью. Наверное, когда захотел протянуть руку к Синичкиной. Ну, стерва. Резко вскакивает с кровати и натягивает на себя комбез. У меня впервые, сука, нет слов.

— Я шла не к тебе, Егорушка. А всего лишь возвращалась домой после посидушек у Ани.