Противотанкист. Книга 3. \

— Точно зажило?

— Точно, только на непогодь реагирует. — Сдаю я себя уже по полной (и откуда эта «сучка крашена» всё про меня знает, вроде ничего лишнего не говорил).

— Вот видите, ещё и рука. Так что через недельку посмотрим, а пока лечитесь.

— Ну, товарищ военврач, отпустите. Кто же вместо меня воевать будет?

— Успеете ещё навоеваться, товарищ сержант. Пока лечитесь. А что, разве вам у нас плохо?

— Хорошо, очень хорошо. С вами я бы тут на всю жизнь остался, но мне надо в часть. — Вспыхнувшая до корней волос женщина, так меня ожгла своим взглядом, что я чуть заикой не стал.

А когда понял, что увлёкся и допустил бестактность, было уже слишком поздно.

— Идите к себе ранбольной, больше нам не о чем разговаривать. — Отойдя к окну, и повернувшись ко мне спиной, усталым голосом сказала Таня. — Лечишь их, лечишь и вот она — благодарность…

Дальнейшего я уже не слышал, так как вышел из дома, на ходу надевая шинель и ругая себя последними словами. — Вот же болван, и нахрена мне сдалась эта выписка раньше срока.

Войну и без меня выиграют, сидел бы себе на попе ровно и не жужжал. Нет, взял и обидел женщину, да ещё ни за что. — Хорошо хоть нашего разговора никто не слышал. Под свой кабинет Татьяна выбрала самую маленькую и невзрачную хату, там же она и жила. Медсестра ушла ещё до начала нашего диалога, так что надеюсь, лишних ушей поблизости не было.

Желая остудить свою горячую «финскую» голову, сразу в своё «логово» я не пошёл, а повернув влево под прямым углом, вышел на центральную улицу и потопал направо.

Дойдя до края, увидел на выезде из деревни часового, вооружённого штыком от немецкой винтовки и всё. Ни гранат, ни какого-либо ещё оружия у постового не наблюдалось. Парнишка делал какие-то непонятные танцевальные па ногами и руками, изображая из себя танцора, которому что-то мешает. Подойдя ближе и увидев соплю, свисающую с носа болезного, я догадался, что таким образом он пытался согреться.

— Здорова, парнище!

— Ступай себе мимо.

— Ты чё бля, Некрасов?

— А? Что? Да нет, красноармеец Лопухов.

— Мне даже показалось, что он хотел добавить «к вашим услугам». — Вот это ни хрена себе, сказал я себе, — подумал я про себя. — Каламбур, однако.

— А где твоя винтовка, товарищ Лопухов? Пролюбил? Тогда что тут делаешь? Ищешь?

— Нету винтовки, не выдавали. А здесь у нас пост. Охраняю въезд в деревню.

— От кого?

— От противника естественно.

— Куда ведёт эта дорога?

— Известно куда, в Савеловку.