Проверка боем

Он показал всем, как умываться, где отхожее место и как им пользоваться, включил радио, отчего казаки едва заикаться не стали. Слишком громкой показалась музыка в маленькой комнатке гостиницы. Георгий проводил казаков в столовую, после чего показал русскую баньку во дворе гостиницы. Там с дороги казаки и отдохнули, смыли грязь и пот, попарились вдоволь да угощения магаданского испробовали.

Удивило казаков, что Георгий называет себя русом, а не магаданцем. Дескать, магаданцами зовут только тех, кто с востока прибыл сюда, остальные жители зовутся русами.

Как и страна их названа Новороссией, новая Русь, значит. Потому как магаданцы себя русскими людьми считают, хоть и не из Руси родом. И магаданцев тех в Новороссии всего семь человек, не считая их детей. Еще девять магаданцев живут в другой стране – Западном Магадане, что рядом с Русью. Все страны православные, все магаданцы между собой дружат, торгуют беспошлинно, помогают против врагов. Долго рассказывал Георгий казакам об устройстве православных магаданских стран, об истории магаданцев. О войнах, в которых магаданские войска примучили всю Европу да протестантов немецких в православие обратили.

Рассказал Георгий о заселении русами Америки, о русских поселениях в Африке, о войнах с турками. Долго слушали казаки, сомневались, переспрашивали, выпытывали подробности войны с германцами и набега на Венецию. Восхищались историей захвата Крита и Кипра, уничтожения крымских татар и завоевания запорожцами Буджакской орды. Много узнали в тот день и вечер казаки, долго не могли уснуть от рассказов Георгия.

До полуночи обсуждали, спорили, чьи земли больше и богаче. Кто из казачьих кругов большего достиг, запорожцы или донцы? Можно ли сравнить Сибирь по богатству с Крымом и буджакскими степями? Было о чем подумать казакам перед разговором с наместником Новороссии Петром Головлевым.

Да и сама встреча с наместником Новороссии никак не напоминала Ивану прежнюю его встречу с царем Иваном, произошедшую без малого пятнадцать лет назад. Тогда сердце билось сильнее, едва не выпрыгивало из ворота, огонь тек по жилам.

Казалось, вот она, слава народная и благодарность царская. Не до отделки дворцовой было в те поры молодому атаману, не до одежд боярских. Думал об одном: себя не посрамить да живым вернуться в Сибирь, ничего больше от царя не хотел получить молодой атаман. Теперь все было иначе, годы и опыт успокоили кровь, воинские победы не требовали показной удали, заслуги не нуждались в чьей-то похвале.