Петро с Николаем, когда создавали эту структуру, по русской привычке хотели назвать ее просто номерной, но вовремя сообразили, что это будет явным признаком секретности. Потому решили назвать так коротко, по аналогии с Кунсткамерой Петра Великого. Пусть европейцы и прочие шпионы думают, что это именно собрание всяких диковинок, вроде двухголовой змеи, рога единорога (который на самом деле рог обычного нарвала, большого дельфина, подстреленного моряками неподалеку от Мурманска), скорлупы птицы Рух (эту скорлупу вместе со скелетом эпиорниса, гигантского страуса, привезла русская экспедиция с Мадагаскара) и аналогичной ерунды.
В Петербурге даже было выстроено здание для этих диковинок, под вывеской Института артефактов.
На самом деле штат института превышал сорок сотрудников, два десятка из них занимались изучением найденных артефактов, в силу своего понимания, но без разрушения объектов. Остальные, как правило отставные военные, в компании с учеными искали редкости на всех материках планеты, кроме Австралии, пожалуй.
Собирали все, что выбивалось из официальной истории и науки: от обнаруженных на территории Оловянного острова записей на непонятных языках, принадлежащих якобы друидам, до гигантских человеческих скелетов, найденных на острове Крит. С учетом послезнания самые опытные команды искателей Петро ориентировал на поиск Велесовой книги на Руси, древних зороастрийских книг в Персии, рукописей об ариях в Индии, тибетских рукописей о Шамбале.
Не прошли мимо поисков Копья Судьбы, остатков Ноева Ковчега на Арарате, других известных артефактов. Все искатели были обучены основным археологическим приемам, имели фотоаппаратуру, постоянную радиосвязь с резидентами. Особых надежд на их поиски Петро не возлагал, но начать систематическую работу в этом направлении первыми в Европе, а то и в мире, считал необходимым.
И оказался прав: именно сотрудники Института артефактов нашли в Месопотамии огромное хранилище глиняных клинописных табличек, которые со всем тщанием выкапывали и доставляли на Остров.
Там, недалеко от Ирия, под охраной расквартированных вокруг Института артефактов механизированных частей пехоты, молодые русские ученые начали изучать огромное наследие шумерской цивилизации. Туда же отправляли многочисленные египетские папирусы в оригиналах, зарисовки и фотографии иероглифических надписей на статуях и строениях из Египта.
