И в какой-то момент волнующееся на степном ветру море трав, сменилось выжженной поверхностью, сплошь покрытой серым пеплом.
А немного погодя исчез и пепел, и под нами простёрлась, сколько хватало глаз, матово-чёрная стеклянная корка.
— Однако, качественно тут всё прожарилось, — прокомментировал увиденное Прокопьич, быстро проникшийся апокалиптическим величием открывшегося нам зрелища, — не думаю, чтобы в этом аду кто-то мог выжить, что-то загоняется наш Боря. Не? — и вопросительно так на меня уставился.
— Ну, ад для чертей, — я кисло ухмыльнулся, — это привычная среда обитания, — сделал глоток из бокала и продолжил, — так что надо быть готовыми к тому, что кому-то из них удалось избежать гибели. В любом случае, лучше перебдеть…
— Чем недобдеть, — эхом отозвался Прокопьич, и тоже пригубил коньячку, я так думаю, для того, чтобы унять нервную дрожь…
Наконец мы подлетели к тому месту, где матово-чёрная равнина упирается в каменный бок горы, тоже нещадно обожжённый разбушевавшимся тут недавно катаклизмом.
Под стеной мы разглядели небольшую группу наших гвардейцев, которые все, как один были облачены в ИМД, причём и их лица были надёжно прикрыты поляризованными забралами шлемов.
— А ведь там ещё очень тепло, — сообразил я, — и остынет это всё очень не скоро. Так что, Прокопьич, давай-ка одевать наши скорлупки, чтобы не обзавестись на этой мега-сковороде аппетитно-хрустящей поджаристой корочкой.
Покряхтывая, мы забрались в свои доспехи и активировали полную защиту, от греха.
Выпущенные катером посадочные стойки с хрустом раскрошили ещё не полностью остывшее стекло, покрывшее землю толстым слоем. Опустилась широкая аппарель, и мы с Семёном спустились вниз.
— Смотри не поскользнись, — изображая трогательную заботу о моём здоровье, сказал Прокопьич.
— Сам тоже под ноги смотри, — отзеркалил я.
Мы двинулись в устье ущелья, в котором раньше располагался пространственный переход.
Заблудиться не представлялось возможным, так как у входа в это ущелье и стояли люди Бориса Ивановича.
Сам же он, как я предположил, находился непосредственно в ущелье, около того самого объекта, который мы с Семёном должны были осмотреть.
Мы продолжили движение и, войдя в ущелье, сразу разглядели Бориса Ивановича, который стоял около пятна незатронутой взрывом почвы. В диаметре это пятно было около десятка метров.
