Провинциал. Книга 4 (СИ)

— Да, — вздохнул мистер Грин, отслюнявливая несколько крупных купюр вертлявому мужичку с бегающими глазками, хозяину арендуемого клоповника, — бережёного Господь бережёт, сказала монашка, натягивая презерватив на свечку…

Он расплатился за съём резервной квартиры, и тут же поспешил унести ноги из этого неприветливого района.

Тут каждый встречный хмуро оглядывал его, явно прикидывая, как бы половчее оглоушить этого фраерка и, затащив в какую-нибудь тёмную и мрачную подворотню, вдумчиво изучить содержимое его карманов.

Но, мистер Грин всё таки благополучно покинул проблемный район и вернулся в свою основную, если так можно выразиться, штаб-квартиру.

Там он принял душ, заварил себе кофе и уселся на кухне.

Он задумчиво прикурил крепкую сигарету и уставился в окно. Он думал.

Дело в том, что женщина, чьё фото до сих пор лежало у него в бумажнике, перестала появляться в городе, и уже несколько суток провела в усадьбе того самого Антонова.

Об этом ему рассказал падкий на деньги швейцар отеля, где остановилась группа, посланная сюда ГРАУ для расследования того самого инцидента.

А ему кровь из носа надо было выйти на контакт с этой загадочной дамой, от одного взгляда на фотографию которой у него сносит крышу.

Причём надо выйти на контакт, и при этом умудриться остаться в здравом уме и твёрдой памяти.

Мистер Грин, не надеясь на память, которая с некоторых пор стала пошаливать, открыл лежащий на столе пластиковый пенал.

Но сейчас Найджел не собирался вводить себе никаких забористых составов. Он вытащил из этого пенала свёрнутую в несколько раз бумагу, развернул, и на некоторое время углубился в её изучение.

Минут пять он изучал список снадобий, хранившихся там, после чего облегчённо вздохнул. Тут, помимо прочих разных, был в наличии и интересный такой коктейль, который нормализует гормональный фон, и в то же время форсирует мыслительные процессы.

То есть, если говорить просто, уколовшись этим составом, мужчина может находиться в толпе умопомрачительно привлекательных женщин, и при этом сохранять трезвость рассудка и ясность мысли, и не отвлекаясь на соблазнительные округлости и прочие раздражители заниматься своими делами.