Провинциал. Книга 4 (СИ)

Но он любил прикинуться демократом, человеком из народа, так как занимал должность директора Государственного департамента одной из мощнейших держав в человеческом секторе пространства — Союза Демократий.

И, раз это Союз Демократий, то надо быть демократом, иначе никак… Надо соответствовать. А потому он просил обращаться к нему по-простому — мистер.

Руководитель Госдепартамента Союза Демократий поднялся из-за стола и сделал несколько шагов навстречу входящему в кабинет посетителю:

— Рад видеть тебя, старина, — он широко улыбнулся, протягивая руку невысокому плотному человеку с грубоватым лицом, обрамлённым пышными бакенбардами цвета смеси соли с чёрным перцем.

Голубые глаза посетителя ярко контрастировали с его, в общем-то, довольно заурядным обликом, в них светился недюжинный ум, заставлявший воспринимать сэра Ричарда Батлера всерьёз.

— Я тоже рад тебя видеть в добром здравии, дружище, — ответил сэр Батлер, пожимая вялую ладошку хозяина кабинета.

— Садись, — хозяин пододвинул кресло дорогому гостю, — сейчас мисс Левински нам чайку принесёт, с имбирём, как ты любишь.

— Ну, Билли, всё течёт, всё изменяется, — философски изрёк посетитель, доставая из кармана толстую сигару и серебряную гильотинку, — а есть такие изменения, на которые, хочешь ты того, или нет, а надо реагировать, и чем быстрее, тем лучше… У тебя вроде пепельница тут была, не? — спрашивая про пепельницу сэр Ричард одновременно мастерски отчекрыжил кончик сигары.

— Моника, наверное, мыть унесла, — хозяин растеряно оглянулся, — а, не, во-о-он она, под бумагами… — увидев, что гость порывается встать, успокаивающе махнул ему рукой:

— Сиди уже, сейчас подам.

Он извлёк из-под завала бумаг с краю своего обширного стола тяжёлую хрустальную пепельницу и опустил её перед гостем.

Он уже садился напротив руководителя шестой службы, как было принято называть внешнюю разведку, когда дверь приёмной распахнулась, и в кабинет вошла, сексуально покачивая бёдрами красотка Моника.

В руках у неё был поднос с чашками и всевозможными вазочками, где лежала выпечка и ломтики лимона, ну, и, конечно же чайник, исходящий ароматным паром.

Пристраивая поднос на стол, за которым расположились джентльмены, она, как бы невзначай ощутимо навалилась пышной грудью на спину хозяина кабинета.