Провинциальная история

— Мы вас ждем.

— М-ми, — сказало существо, ловко вскарабкавшись на узкое плечико девочки. — М-мру.

Голос у него был тонкий, писклявый.

— Только вы странный, — девочка склонила голову на бок, и Дурбин отметил, что сейчас она выглядит совершенно здоровой.

Да, худенькой, бледной, но… здоровой.

— Маменька тоже лицо рисует, — Лилечка поднялась и руку протянула. — Тогда её трогать нельзя. И вовсе нельзя… маменька сказала, что вы к ведьме поедете.

— Дорогая, — Никитка Дурбин, что бы о нем ни говорили, пациентов своих берег.

— Все равно без нас дороги не найдете, — возразила Лилечка, глядя с насмешкой.

И существо на её плече раскрыло розовую пасть, сказав:

А Никитка подумал, что вполне возможно и вправду не найдет, что…

— Но ваш благородный отец вряд ли согласится…

— А вы спросите, — Лилечка поднялась, одной рукой придерживая тварь. — Папенька не откажет. Папенька знает, как правильно.

И последнее слово она выделила, и на Никитку поглядела по-взрослому, так, что вновь он ощутил себя глупым мальчишкой, которого и пороть-то ныне бесполезно.

Он мотнул головой, и тяжелое крыло парика мазнуло по щеке.

Это лишь ребенок. Больной ребенок, которому в любую минуту может стать хуже. И… и надо держаться с ним именно так, как обычно Никитка держался с детьми: ласково и спокойно.

К величайшему удивлению барон Козелкович отказывать не стал, напротив, кивнул и сказал:

— Съездите, пусть Лилечку поглядит… так оно вернее.

И поморщился, то ли от головной боли, то ли еще от какой напасти.

— Пролетку возьмите. И вели Марфушке, чтоб гостинцев собрала, а то негоже это к ведьме с пустыми руками…

…первое, что Эльжбета Витольдовна увидела на пристани, был свейский корабль: тяжелая крутобокая ладья, груженая так, что вода мало-мало через борт не переливалась. Бока ладьи, укрытые за чешуей щитов, грелись на солнце. Одинокая мачта топорщилась в небо, а на носу дремал человек того характерного вида, который заставлял вспомнить, что свеи — не только и не столько торговать ходят.

— Какая красота, — Аглая хлопнула в ладоши от восторга. — Вы только посмотрите…

И в альбом свой уткнулась, спеша запечатлеть эту самую красоту, которой сама Эльжбета Витольдовна вот в упор не видела.

Большое озеро, но Китеж тоже на берегу стоит, и то, привычное уже, от нынешнего отличается сизою волною. А это вот голубенькое, переливается на солнышке, идет мелкою рябью, да и только.