Провинциальная история

Кто такие эти самые «котики», Гришанька знать не знал, но тут рядом с ведьмою возникла тварь, которая заставила Гришаньку попятиться, уже в открытую сотворяя — правда, вновь же без успеха — отворотный знак. Тварь была черною, что уголь.

С круглыми желтыми глазами, яркими, что те камушки, которые в ведьмином ухе сияли. И с когтями, что впились в рыбий хвост.

— Бес! — ведьма, нисколько твари не забоявшись, шлепнула по мохнатой лапе. Правда, зверюга магическая на этакий произвол внимания не обратила. Стянув рыбину, она с урчанием вцепилась в нее зубами.

Ведьма сказала это жалобно.

— Ничего страшного, — отмер Гришанька. — Пускай… кушает.

— Им вообще-то рыбу нельзя, — ведьма глядела на зверя с улыбкою. — Но изголодался… да и не думаю, что тут нормальный корм купить можно. Придется как-нибудь так… так вы продадите? У меня вот…

Она выудила откуда-то из драных портов — кошеля при ней Гришанька не заметил — монетку, которую и протянула. А он взял. Вот не хотел, памятуя, сколь опасная эта затея, брать у ведьмы хоть что-либо, но рука сама собою потянулась.

И горячая монетка скользнула в руку.

— Мне бы рыбы какой-нибудь… любой, лучше, чтобы подешевле, — сказала ведьма. И теперь Гришанька заметил, что камешек у ней и в губе поблескивает, переливается, что живой. А волосы точно синевой отдают.

Тогда тем паче не с руки ссориться. Еще нажалуется воде-матушке на обиды, а там… Ильмен-озеро велико, глубоко, сурово, многих оно привечает, но коли уж разгневается, то…

Гришанька опустил взгляд и охнул.

— Хватит? — с волнением поинтересовалась ведьма, которая вдруг разом перестала казаться страшною, хотя и не перестала быть ведьмой.

Стало вдруг ее жаль.

Еще и зверюга эта вот, что рыбину грызла с урчанием. Этакая и саму ведьму сожрет, если голодная.

— Хватит, — сказал Гришанька, решивши для себя, что будет честным, как светлые боги завещали. Глядишь, тогда как-нибудь и не проклянут. — На все хватит, госпожа…

— Анастасия, — сказала ведьма, и Гришанька вновь подивился, уже тому, до чего престранные у ведьм имена.

Зверюга издала протяжный низкий звук, от которого у Гришаньки волосы в подмышках дыбом стали. И на спине тоже. И вовсе…

— А это Бес, — ведьма указала пальчиком на зверюгу. — Он на самом деле добрый, просто вот… так получилось.

Тварь, оторвавшись от рыбы, уставилась на Гришаньку. И он готов был поклясться, что все-то она понимает распрекрасно.