— Были затрачены колоссальные средства! — уже с некоторым давлением заговорил еще один. — Вы должны объяснить нам цель и смысл таких растрат!
Игнат выслушал все с каменным спокойствием, хотя внутри испытывал раздражение. Понятно, что они имели в виду участие в войне.
— Разумеется, я объясню, — так же спокойно ответил он. — Во-первых, вы должны понимать, что мы вступили на мировую арену, где хватает высокоразвитых цивилизаций. Нам пришлось принять покровительство, так скажем, сюзерена. Иного выбора у нас не было.
Так же, как не было и выбора, принимать участие в его войне или нет.
— Но мы для того и приняли вас на работу, — ввернул один из инвесторов, — чтобы вы не допускали подобных ситуаций!
Игнат только покачал головой. Похоже, политиканы и правда слишком расслабились. Или его так аккуратно пробовали на зуб, подсунув этого клоуна.
— Что же, — радушно улыбнулся он. — Я как раз сегодня хотел доложить об этом. Благодаря моим «дипломатическим навыкам» мы расторгли невыгодный договор.
Думаю, вы и сами об этом догадались по событиям двухнедельной давности.
Кажется, его ответ сбил спикера с толку, но ненадолго.
— И это тоже вызвало у нас вопросы, — тут же продолжил он. — Вы вновь приняли столь серьезное решение, не консультируясь с нами. А если это вызовет конфликт? Вы не имеете опыта, чтобы решать такие вопросы. Из-за этого мы потратили уйму ресурсов, потеряли людей, и все это без какой-либо выгоды!
Игнату захотелось нагрубить, но подобная «подростковая» реакция не сделала бы ему честь.
Особенное раздражение вызвало лицемерное заявление про гибель людей. Не далее, как сегодня, он слышал про самоубийственную экспедицию, которую отправили, разменяв жизни людей на информацию. Но мужчина сдержался и сказал совсем другое.
— Вы правы, я еще только учусь дипломатии. Опыта частенько недостает, — все так же улыбаясь, ответил Игнат. — Вы бы прислали кого-нибудь мне в помощь, а? Скажем, сотню-другую сверхов-дипломатов моего уровня.
Глядишь, хоть один да выживет и сможет меня подменять. Я буду только рад, поверьте.
Это заявление было встречено молчанием. Игнат усмехнулся и вновь перешел на серьезный тон.
— А если без шуток, то в моей работе ошибаться нельзя, — продолжил он. — Любая ошибка приводит к смерти. Я же все еще жив, как видите. И значит, все делаю правильно.
— Давайте мы сами решим, правильно вы поступаете или нет, — холодно прищурился его собеседник.
