Прыжок через пропасть

Ему бы не хотелось, чтобы Марианна успела привыкнуть к роли одинокой матери. И еще больше ему не хотелось, чтобы она даже думала о переезде в Колумбию.

Улыбнувшись самой гостеприимной улыбкой, Джинджер попрощалась с ними:

— Я вижу, приехал судья Джонсон со своей новой женой. Пойду поздороваюсь.

Она выхватила взглядом из толпы своего мужа, переглянулась с ним и нырнула в кружение публики, чтобы снова взбивать и встряхивать все составные части этого пестрого коктейля.

Марианна повернулась к Себастьяну:

— Я очень ценю, что ты не торопишь меня с объявлением о ребенке.

"— Ничего, хотя чем дальше, тем труднее скрывать от них правду. Но я большой мальчик, Марианна, и я скажу только тогда, когда буду готов.

— Да, я знаю, что для тебя это главное.

Они вступали на опасную территорию. Она всегда осуждала его за своеволие. Себастьян никогда не выкладывал карты до тех пор, пока для него не был ясен весь план будущей игры. Он вырос рядом с разговорчивыми и общительными братьями и пришел к выводу: если хочешь добиться своего, поменьше обсуждай это с кем бы то ни было.

Она согнула мизинец и протянула ему:

— Я скажу тебе один секрет, если ты поклянешься не говорить никому!

Он протянул свой мизинец навстречу, почти коснувшись ее левой груди:

— Сердцем клянусь!

Марианна отвела его руку:

— Это больше не твое!

Как будто он нуждается в напоминании, что ему все придется завоевывать заново.

— Какой же у тебя секрет?

— Я просто влюбилась в этот десерт с арахисовым маслом.

— Кушайте на здоровье, — Себастьян облокотился на стол позади нее, но не прикасаясь. Он старался исподтишка разглядеть, насколько тщательно она осыпала себя пудрой с блестками. Открытая спина давала отличную пищу для изучения.

— Ты вообще-то можешь расцепить свои руки, сложенные на груди. Мама давно ушла.

— А тебе стоит прекратить флиртовать.

— А тебе не стоит паковать багаж для переезда в Колумбию!

— А я как раз удивляюсь, что ж ты до сих пор об этом не заговорил?!

В этот момент их одиночество было нарушено — к ним подошли Мэтью и Эшли.

— Что, мой брат плохо ведет себя?

— Его поведение, как всегда, на грани приличия, — улыбка Марианны смягчала ее слова.

— Как же так? — возмутился Себастьян. — Что значит «на грани приличия»?

Он придвинул бокал к ее руке. Она вздрогнула, когда край бокала прикоснулся к ее коже.