Прыжок ягуара

– В принципе, я это допускаю…

– При осмотре в стенной панели обнаружили след от пули. Хотя муж умер не от огнестрельной раны, а от ушиба. У него была опасная работа. Но он не умел делать ничего другого. Ему приходилось рисковать…

– Возможно, это действительно трагическая случайность.

– Колю уже не вернешь, – заплакала она. – Его больше нет. Все кончено! Я думала, наша жизнь только начинается…

– Кто будет организовывать похороны?

– Сегодня приедут его родители из Тулы. Мои тоже помогут.

– У Николая были сотрудники-женщины? – спросил Роман.

– А родственники в Москве у него есть?

– Колина сестра. Я ей позвонила, сообщила, что…

Ирина залилась слезами, прижимая к носу платок.

– Ее зовут Вика, – кивнула вдова. – Она актриса.

– В каком театре она играет?

– Сейчас ни в каком. Она поссорилась с режиссером. Тот приставал к ней, домогался. Вика ему отказала… и он выжил ее из театра.

– Была. Развелась пару лет назад.

– На какие средства она живет?

– Коля ей помогает… помогал, – поправилась Ирина и всхлипнула.

Лавров пользовался моментом, понимая, что вдова сейчас не в состоянии анализировать его вопросы. Она убита горем, растеряна. Выходит, у Зорина есть сестра-актриса! Это уже кое-что.

– Что теперь будет? Как мне жить дальше?

– Хотите, я съезжу за Викой и привезу ее сюда? – предложил Роман. – Вам нельзя оставаться одной. Говорите адрес…

Сестра Зорина долго не открывала. Лавров уже предположил самое худшее, когда дверь наконец распахнулась.

– Входите, я сейчас, – обронила она, пропуская гостя в тесную прихожую.

Видимо, она мыла голову. Лицо опухло от слез, на волосах – тюрбан из полотенца. Она пошла вперед, не приглашая гостя следовать за собой.

– Как это могло случиться? – на ходу всхлипывала она. – Ужас какой-то!..

Ее плечи, походка и, главное, голос, – низкий, с хрипотцой, – создали у сыщика ощущение дежавю. Он уже видел эту женщину, слышал ее голос… при других обстоятельствах.

В комнате он остановился у хозяйки за спиной. Казалось, она ничего не замечала и вздрогнула от его вопроса.

– Вы меня не узнаете?

– Простите… я должна высушить волосы и переодеться…

Только теперь она взглянула на него осмысленно, и ее покоробило.

Виктория приоткрыла рот и застыла, уставившись на него заплаканными глазами. В ее зрачках полыхнул страх.

– Вижу, что память у вас в порядке, – усмехнулся Лавров, усаживаясь на стул и забрасывая ногу на ногу.