Прыжок под венец

Гийемо мне ничего не объяснял до того момента, пока я так неожиданно не стала матерью. Однажды он просто исчез на неделю. Впрочем, он частенько куда-нибудь улетал по делам, поэтому я не особенно переживала. И тем большим было мое изумление, когда по возвращении он вдруг ошарашил меня новостью о том, что у нас отныне есть дочь.

– И тебе никогда не хотелось ее увидеть? – полюбопытствовала я.

– Конечно, хотелось. – Тереза фыркнула, оскорбленная моим вопросом. Задумчиво добавила: – Наверное, тогда я окончательно поверю, что она у меня действительно есть.

Во снах? Я высоко подняла брови. Это как?

– Арри тебе, наверное, объяснил, что дети у драконов рождаются в результате смешения аур, – пояснила Тереза, заметив мое недоумение. – Частичка моей души навсегда осталась в дочери. Поэтому я всегда чувствую, где она, чем занимается, расстроена или радуется чему-нибудь. А сны… Сны – это то место, где мы можем поговорить по душам. Она показывает мне небо, а я заплетаю ей волосы…

Голос Терезы неожиданно пресекся, и она торопливо опустила голову, пряча в тени выступившие слезы.

Некоторое время после этого было тихо. Я отыскала на краю купели несколько бутыльков, чье содержимое щедро пенилось, и неторопливо мыла себе волосы, пытаясь осмыслить сказанное женщиной. Любые слова сейчас казались совершенно лишними и ненужными.

– Впрочем, это все не важно, – наконец глухо проговорила Тереза. Посмотрела на меня, вновь улыбнувшись. Лукаво поинтересовалась: – Как у тебя дела с Вэйландом обстоят?

Я зашипела от боли, поскольку как раз в этот момент пена угодила мне в глаза.

Что мне ей сказать? Что Вэйланд – суть самодовольный напыщенный индюк? Да у меня руки чешутся как следует треснуть его по наглой высокомерной морде. Будет знать, как всякие магические штучки без спроса на меня цеплять.

И с тихим звоном браслет вдруг соскользнул с моего намыленного запястья и упал на дно купели.

Я неверяще подняла руку. Покрутила ею в разные стороны. Ну надо же! Нет, я, конечно, помнила, что мыло является наипервейшим средством для снятия колец, если вдруг пальцы опухли. Но не думала, что к магическим украшениям это тоже относится.

– Ого! – пробормотала Тереза, мимо глаз которой не прошло мое внезапное освобождение. С сарказмом осведомилась: – И что дальше? Опять в бега?

Я в последний раз плеснула себе в лицо горсть воды, не торопясь с ответом.