Прыжок под венец

И опять переругаюсь со всеми своими родными.

– Здравствуйте, Светлана Викторовна, – в этот момент послышалось от дверей.

При звуках этого голоса я окаменела. Ну вот и Влад пожаловал. Как почувствовал, право слово, что мы о нем разговариваем.

– Владушка! – Мама радостно вскочила со своего места. – Как хорошо, что ты пришел! Я тут рассказывала Анюте, как она всех перепугала и как ей повезло, что ты не растерялся.

– На моем месте так поступил бы каждый любящий и заботливый мужчина, – спокойно ответил Влад.

Я торопливо прикусила губу.

Я осторожно выдохнула через рот, успокаиваясь. Затем повернула голову и посмотрела на Влада.

Как и следовало ожидать, он выглядел безупречно. Светлые волосы аккуратно зачесаны назад, щеки чисто выбриты. Вопреки обыкновению вместо темного делового костюма на нем красовался белоснежный свитер, выгодно оттеняющий его ледяные серые глаза, и синие джинсы классического кроя.

Я уцепилась на промелькнувшую было мысль. А ведь в другой мир я попала в своих джинсах. Грязных, правда, но все равно. Одежда не исчезла при переносе. Однако в момент нападения Генриетты на мне было платье.

«И что? – язвительно спросил внутренний голос. – Что это доказывает? Сейчас ты вообще в больничной одежде».

Как назло, голова от слишком усердных рассуждений принялась побаливать, поэтому я отложила эту мысль на потом.

– Доброе утро, Анюта, – вежливо поздоровался Влад.

– Доброе, – хмуро отозвалась я.

Повыше подтянула одеяло. Странное дело, с появлением Влада в палате словно стало прохладнее. Колючий холодок пробежал по моему позвоночнику, и я неосознанно обняла себя руками. От одной мысли о том, что Влад может подойти и поцеловать меня, накатила тошнота. Интересно, если в результате меня стошнит на его безумно дорогую одежду, то как он отреагирует?

– Я вижу, тебе уже лучше, – проговорил Влад.

– Спасибо за заботу, – немного невпопад ляпнула я.

В больничной палате после этого повисла неловкая пауза. Влад смотрел на меня так, как будто впервые увидел. И, увы, я не видела в его взгляде ни нежности, ни заботы, ни переживаний из-за произошедшего. Скорее, интерес исследователя, которому предстоит открыть какую-то тайну природы.

Мать вряд ли ощутила напряжение, разлитое в воздухе.