Прыжок под венец

– Так это же замечательно! – Дракон воссиял белозубой улыбкой. – Мы впервые познаем вершины наслаждения в объятиях друг друга! Разве может быть что-нибудь более романтическое?

– Понимаешь, после этого мне придется съесть твое сердце, – зловещим голосом сообщила я, прежде оглядевшись, словно желая проверить, не подслушивает ли нас кто.

Харор поперхнулся на полуслове и недоверчиво воззрился на меня.

– Такова традиция нашего мира. – Я с демонстративным сожалением поджала губы. – После первой брачной ночи новобрачная убивает своего жениха и лакомится его еще живым трепещущим сердцем.

«Дурында, – ругнулся внутренний голос. – Вот сейчас объяснять ему будешь, как в таком случае вы еще не вымерли. Не каждый акт совокупления ведет к деторождению. Но если убивать мужиков после первой же ночи, то эдак никаких ресурсов вскоре не останется».

Я мысленно чертыхнулась. А ведь и впрямь. Как-то нескладно получилось. Но ведь богомолы как-то выживают. Ладно, что-нибудь придумаю. Мол, мы бережно сохраняем таким трудом добытое семя и используем его для дальнейшего воспроизводства уже без участия мужского пола.

– Как – лакомится сердцем? – прошептал побледневший Харор.

По всей видимости, известие о жестоких традициях нашего мира его так потрясло, что он и не думал искать какие-либо неточности в моем рассказе. Впрочем, говоря откровенно, молодой дракон и не выглядел как мудрый проницательный человек, готовый ухватиться за несоответствия в рассказе. Вот Вэйланд, я не сомневалась, душу бы из меня вытряс, пока не разъяснил бы малейшие детали столь странного обряда.

Хм-м… И я досадливо хмыкнула про себя. Интересно, почему этот вредный верховный маг постоянно присутствует в моих мыслях. Я даже нового ухажера постоянно с ним сравниваю. Увы – пока не в пользу блондина.

– Да-да, лакомится сердцем, – подтвердила я, заметив, что Харор продолжает глядеть на меня со священным ужасом во взоре. Подумала немного и добавила для пущего устрашения: – А потом – ам! – и откусывает ему…

– Что откусывает? – сиплым от испуга голосом чуть слышно пискнул блондин, восприняв мои слова как нельзя более серьезно.

– А ты как думаешь? – грозно вопросом на вопрос ответила я и многозначительно посмотрела на бантик.

Нежный сиреневый оттенок сего сомнительного украшения от моего взора словно выцвел. Да и вообще, бантик теперь выглядел не как милая безделушка, а как какая-то тряпочка.

– Понятно, – пробормотал Харор.