С другой стороны, Гленвиара томили непонятные желания и чувства, которым он не мог подобрать верного названия и заглушить которые тоже не получалось. Его бесконечно бесила возня Леры с невестами, и он постоянно задавал ей при их встречах вопросы, стараясь понять, к чему же стремится эта ненормальная иномирная ведьмочка, перевернувшая с ног на голову весь его привычный мир.
— Ты пообещала им, что они тоже будут счастливы в браке? Зачем тебе эта лишняя работа? — спрашивал Гленвиар и с наслаждением наблюдал, как Лера начинает закипать и злиться, но усилием воли подавляет эти негативные чувства и старательно отвечает на его провокацию прохладно-профессиональным тоном:
— Есть истины, верные во всех мирах.
Одна из таких истин гласит, что супруги могут быть счастливы в браке только сообща.
Тут выдержка изменяла Лере, и она раздраженно выпаливала:
— Елки-палки, Гленвиар, не только тебе необходимо счастье! Либо ты признаёшь, что твоя супруга имеет такое же право быть счастливой, как и ты, либо я умываю руки!
— Это ультиматум? — прищуривался Гленвиар.
— Да! — бесстрашно отвечали ему, а внутренний зверь и не думал реагировать на такие возмутительные заявления.
Лера всеми силами подводила его к мысли, что он сам должен приложить усилия, чтобы стать счастливым. Она говорила:
— Брак — это лодка, в которой гребут оба пассажира. Причем желательно с одинаковой силой гребут, иначе эту лодку будет вечно заносить куда-то не туда.
Тебе доводилось кататься на лодке? Тогда представь, что вам с женой дали по веслу. Если работать этим веслом станет только один человек, то лодка просто закрутится на месте, и первый же сильный ветерок выкинет ее назад на берег."
"Гленвиар признавал ее доводы разумными, но проблема была в том, что в качестве этой гипотетической жены он почему-то представлял себе только Леру и никого иного, а она усиленно воспитывала ему идеальных невест, а это раздражало до невозможности.
Иногда хотелось сорвать с нее эти очки, сквозь которые она не может разглядеть очевидного, и потребовать… а чего, собственно, потребовать? Стать его женой? Или хотя бы любовницей? Он же видел неподдельный интерес в ее глазах, ощущал его всей кожей, чувствовал его аромат — аромат женского влечения, какие бы холодные маски Лера ни удерживала на лице.
