Пташка для тигра

Жаль только мою машинку, которую подарил мне отец на последний при его жизни мой день рождения. На моей красной Ferrari теперь ездит другая.

Пока была в раздумьях, не заметила, как мы приехали. Очнулась только когда открыли дверь и подали руку. Однако галантный у хозяина персонал.

Ирина, надеюсь, ты дома. У меня столько вопросов к тебе!

Подруга оказалась дома. И это хорошо, ибо я не понимала, как иначе в квартиру можно попасть, ключей-то у меня не было. Или охрана собиралась вынести дверь?

– Аня! Дура ты моя родная!– радостно сказала она, кидаясь ко мне, как только распахнула двери.

– Я тоже рада тебя видеть, и я цела и невредима, так что выдохни,– постаралась сказать как можно беззаботнее, чтобы хоть как то успокоить её.– У меня очень мало времени, поможешь собраться?– спрашиваю её, и не дожидаясь ответа тащу в комнату.

– Мне ведь можно пообщаться с подругой, пока собираюсь?– в клубе Райхан не дал мне поговорить с Ириной, вдруг и сейчас отдал такой приказ?

– Можно, если об этом не узнает он,– неожиданно сказал Кирилл и подмигнул.

От его слов чуть не обняла парня, но сдержалась. Улыбнулась с благодарностью и потащила подругу в мою комнату, пока второй охранник не сказал, что он против.

– Аня, что происходит? И как ты вообще?– спрашивает Ирина, пока я достаю свой чемодан.

– Я хорошо, но мне срочно нужна информация, чтобы понять, что меня ждёт дальше. И я очень надеюсь, что ты в этом поможешь!– с надеждой смотрю на неё, и попутно открываю шкаф. Выговор мне не нужен.

– Конечно, спрашивай. И да, я очень тебе благодарна за то, что ты сделала. И я очень сожалею, что вообще так вышло. Надо было послушать тебя и остаться дома, пироги – это ведь здорово!– с грустью говорит она, наблюдая, как я достаю свои юбки и шарфики.

– Мне разрешили забрать свои вещи,– поясняю свои действия, и она молча кивает.

– А теперь о главном: что ты знаешь о зверюшках у богатых?– самый главный вопрос.

– О каких именно? Кошки, собаки, или тебе экзотику подавай, крокодила или пуму?– задумчиво спрашивает она, разглядывая на меня.

– Это не то. Понимаешь, Ир, он сказал, что я – его зверюшка! Что ты знаешь о таких, как я?– и вот теперь она побледнела, и сильно.