— Так как, говоришь, можно облик поменять? При помощи вот этой висюльки? — И алчно уставился на амулет, который сжимал в руке начальник разъезда.
— Нет, Ё-ё. Этот амулет сдерживает вторую сущность, чтобы не обратиться случайно.
— То есть ты можешь быть и человеком, и нагайной? — уточнил еж.
При этом он задавал вопросы нарочито громко, чтобы его слышала вся группа.
— Да.
— А почему?
— Это долгий разговор, — вздохнула Лайза.
— Но так ведь могут не все жители Пустоши?
— Не все, — кивнула она.
— Угу… — протянул сосредоточенно что-то обдумывавший Ё-ё. — Ладно. Но если что — я застолбил образ крысы.
— Я тебя поняла. — Лайза невольно улыбнулась непосредственности ежа, хотя на душе и скребли грокхи.
— Н-да, а зубки-то у тебя о-го-го! — уставился на ее удлинившиеся клыки Ё-ё и сглотнул. — Ладно, я пошел. Буду рад новой встрече. Только это… не улыбайся. — И шустро вернулся к своей хозяйке.
— Нужно идти, — оторвал наконец взгляд от забавного говорящего существа начальник разъезда и обратился к пленникам: — Прошу сдать все оружие.
Кто не подчинится, тот будет убит."
"Лайза было дернулась после этих слов, но наткнулась на холодный змеиный взгляд нага и потупилась. Уметь обезопасить нагайну — первое, чему учат маленьких нагов. Нагайна может высказать пожелание, к которому наг обязательно прислушается, но если посчитает, что ей угрожает опасность, то никакие уговоры не помогут. И Лайзе оставалось только надеяться на благоразумие своих спутников.
— Не сопротивляйтесь. Поверьте, отсюда без разрешения нагов уже не выбраться. А я… — Она запнулась, о чем-то глубоко задумавшись.
— А что ты? — прервал ее внезапное молчание эль Лавалье.
— А я постараюсь договориться, чтобы вам позволили вернуться. — Потом Лайза перевела взгляд на Эйлин. — И отвели тебя к цели визита в Пустошь.
— Тогда Эйлин тоже станет змеей?! — дернулся Марсель, но у его горла тут же оказалось копье, и он застыл, буравя Лайзу ненавидящим взглядом.
Та грустно улыбнулась:
— Нет, не змеей. — И отвернулась, всем своим видом показывая, что разговоры на данный момент закончены.
Ей жутко хотелось обернуться и посмотреть на Даниэля, но тот не проронил ни слова с момента ее обращения, и Лайза сдержалась. Лишь положила руку на занывшее вдруг сердце.
А еще она постоянно ощущала на себе взволнованный требовательный взгляд Эйлин, но время откровенных разговоров еще не пришло.
Глава 13.
