Быстро… Как же быстро все происходит, когда хочется, чтобы время остановилось!
Я ожидала чего-то затяжного и страшного. Боялась увидеть, как на теле любимого появляются раны, которые его ослабляют и приближают к гибели, но все произошло совсем иначе и очень быстро. Не успел глава объявить начало боя, как Марсель метнулся к арахнидке, отбил небольшим круглым щитом, который ему выдали наги, летящее в голову копье и молниеносно подрубил ей сразу две передние лапы. Маргена вскрикнула от боли и неожиданности, накренилась туловищем вперед, а в следующее мгновение Марсель пружинисто подпрыгнул и одним ударом снес ей голову.
Паучье тело еще несколько мгновений переминалось с лапы на лапу, пытаясь удержать равновесие и не осознавая, что уже мертво, а потом завалилось и распласталось по земле.
— Писец арахнидке-то, — удивленно произнес Ё-ё в повисшей тишине, а потом добавил: — Эйлин, уважаю твой выбор. Такой мужик в семье пригодится.
Я же бросилась к целому и невредимому мужу… Мужу? Мужу.
Повисла у него на шее, целуя куда придется.
— Эйлин, ты чего? — обнял он меня и зарылся носом в мои волосы. — Магистры же не плачут.
— Ага, — шмыгнула я. — Не плачут. — И разрыдалась.
В чувство меня приводили еще около получаса. Что-то со всеми этими треволнениями я совсем расклеилась. Жаль, Ё-ё не мог помочь своим успокоительным — под транквилизаторами к источнику не ходят.
— Может, завтра сюда вернемся? — спросил Марсель, гладя меня по волосам.
— Нет, боюсь, если я не пройду инициацию сегодня, то разнесу выбросом гнездо нагов. Мне с каждым днем все сложнее сдерживаться, а в Пустоши все обострилось. Только здесь, у источника, мне хорошо.
— Уверена, что хочешь идти именно сейчас? — все же переспросил Марсель.
Похоже, мы поменялись местами и теперь он волновался за меня и хотел, чтобы время остановилось. Но пора было уже мне шагнуть навстречу неизвестности и своему будущему.
— Раньше надо было думать. А теперь ты назвал женой чудовище Пустоши, — то ли пошутила, то ли констатировала я факт.
— Осталось узнать какое…
— Не говори так. — Марсель поцеловал меня в лоб. — Ты — это ты. А ипостась… Если станешь паучихой, то целовать в губы в образе арахнидки не буду, уж извини, а в остальном ничего не изменится, — пошутил он, но весело мне почему-то не стало. Понял это и Марсель. — Прости. Неудачная шутка. Иди, я буду тебя ждать.
И я наконец пошла в пещеру.
