Хотя центральная гостиница и называлась «Душанбе», но мест в ней не было, как и во всех остальных, о чем, зевая, сообщил мне сонный дежурный.
— А это что за табличка? — указал я на странную надпись: «Гостиница „Дом колхозника“. Места есть». Рядом был помещен адрес.
— Это для колхозников, нужно на попутных машинах ехать!
Как ни странно, первый попутный грузовик подобрал меня.
— Дом колхозника знаешь? — спросил я у водителя, сомневаясь, поймет ли он русский язык.
— Колхоз, колхоз! — засмеялся тот.
Когда мы подъехали, это оказался даже не «Дом колхозника», а скорее, ночлежка на десять коек при местном рынке, где уже храпело человек восемь.
Я лег и мгновенно уснул.
Разбудило меня странное монотонное гудение человеческих голосов, доносившееся из раскрытого окна. Я выглянул: прямо на асфальте, под огромными белоствольными тенистыми чинарами, расстелив большие узорные платки, которые потом оказались поясами их владельцев, молились, сев на пятки, длиннобородые старики, человек десять, одетые в халаты.
"
"«Да, вот это по мне… — удовлетворенно подумал я. — Во всяком случае, теперь никто не будет приставать с глупыми вопросами, почему я верующий?» Во дворе у журчащего арыка с мутной холодной водой, я выбрал место для молитвы. Гор я не увидел, потому что небо было подернуто желтоватым пыльным цветом. Тем не менее с большим удовольствием я молился в то жаркое июльское утро, стоя у тихо позванивающего горного арыка, который показался мне райской рекой. На меня никто не обращал внимания, хотя к этому времени на моем лице уже отросла порядочная щетина, потому что я отрекся заодно и от бритья, чтобы стать настоящим странником.
Выпив в чайхане на рынке зеленого чая и с удовольствием отведав горячей и ароматной азиатской лепешки, только что вынутой из тандыра, я на троллейбусе добрался до автостанции, любуясь по пути уютными зелеными улицами с цветущей фиолетовой индийской сиренью и высокими белоствольными платанами. На автовокзале я стал изучать схематическую карту Таджикистана. Острые пики гор, нарисованные неумелой рукой, повсюду пронзали лиловое небо.
Просунув голову в маленькое окошко, я спросил:
— А рядом с Душанбе есть горные заповедники?
— Есть, Ромит.
— Дайте мне, пожалуйста, билет в Ромит! — сказал я таким голосом, словно просил билет в рай, потому что пока в новом месте мне все очень нравилось.
В автобусе я оказался одним из первых, поэтому пришлось долго ожидать, пока пассажиры заняли сначала все сидячие места, а затем и стоячие.
