Птицеед

Или, как её называли тогда, — Жемчужной.

— Лучший способ противостоять гнили.

Элфи, озарённая догадкой, внезапно выпрямилась, сев ещё более ровно, чем прежде, и выдохнула негромко, придя к тому же выводу, что и я:

— Оделия! Оделия опасна для планов Светозарной!

— Умница, — одобрительно кивнула бабка.

Я щёлкнул пальцами, сомневаясь:

— Кроме Оделии в Айурэ есть и другие Перламутровые колдуны.

— Есть, — согласилась Фрок. — Второй год обучения в Школе Ветвей. Сейчас его сила не поможет, ему только предстоит научиться её использовать.

А ещё добыть для себя подходящую руну, хотя бы на первое время.

— Про этого не знал. Ну хорошо. Я слышал по крайней мере об одном Перламутровом колдуне на службе у лорда-командующего.

Разочарованный взмах рукой:

— Погиб в Иле во время прошлого рейда. Это не предавалось огласке.

Даже не буду спрашивать, откуда она узнала. Полагаю, у неё до сих пор есть друзья во дворце.

— А второго убили полгода назад в Пальмовой Рыбе. При довольно странных обстоятельствах.

— Помню новостной листок.

— Элфи обращалась ко мне. — Там писали об этом. Убийц нашли, отправили на корм чайкам. Ты пропустил, потому что был в Иле. Выходит, что до Оделии в городе не было ни одного Перламутрового. И теперь она может помочь?

Бабка зловеще усмехнулась:

— Не совсем так. Давай-ка, Раус, вернёмся в твои видения бедняги ботаника. Я, оцени это, пожалуйста, ни слова не скажу об идее использовать Личинку и держать её в доме. — Она сделала паузу, чтобы я «оценил», но моя рожа осталась столь постной, что ничуть не утешила её.

— Тень, которую ты видел. Та, что активировала портал ботаника и отправила его к Осеннему Костру. Опиши её.

Я, если честно, не желал вспоминать об увиденном. Но ответил:

— Всё очень смутно. Он был пьян, потерял пенсне, и я скорее не видел его глазами, чем видел. Никаких деталей. Высокая, со странной пластикой.

— Давай. Скажи, что похожее на это ты встречал раньше.

Я с большой неохотой (ибо признавать реальность хочется не всегда), произнёс:

— Чем-то он мне напомнил Кровохлёба.

Фрок щёлкнула пальцами, победно улыбнулась:

— Суани в Айурэ? — Я всё ещё отказывался верить, хотя уже думал об этом с утра.

— Или даже вьи́тини. — Она не шутила.

Не скрою, я почувствовал мурашки на предплечьях. Вьитини в Айурэ. Экая… неприятность.

— Когда в последний раз случалось, чтобы кто-то из них прорывался через Шельф? Прошло лет сто пятьдесят?

— Вроде того. Тигги — одна из младших учениц Раба Ароматов. Её, кстати, не смогли прикончить.