Птицы Великого леса

– Чем языком чесать, шёл бы разобрался с нашим гостем из угловой комнаты, а то он жалуется, что у него клопы в кровати.

– Клопы? Леший бы его задрал, – заворчал Ачим. – А шёлковых простыней ему не подать?

– Вот и узнай, может, и подать, – хмыкнула презрительно женщина и посмотрела с любопытством на Милоша.

Ачим поднялся неохотно и ушёл, ругаясь себе под нос, а хозяйка осталась возле стола.

Полная, румяная женщина напомнила Горицу своим видом и привычкой понукать и ругать почти ласково. Разве что рушником она, как матушка, не замахивалась.

– Сильно ваши клопы кусаются?

– Да ты пойди найди хоть одного, соколик. Если получится, я тебя в свою постель пущу.

– Муж возражать не станет?

– Старый боров так дрыхнет, что и не заметит, – хохотнула хозяйка, и Милош рассмеялся то ли шутке, то ли родному мягкому рдзенскому говору.

Женщина не спешила уходить и внимательно, без всякого стеснения разглядывала гостя.

– Что ты, насовсем из Рдзении? – вдруг с материнской жалостью спросила она.

– Наверное, – пожал плечами Милош и взял наконец ложку, зачерпнул немного каши. – Только не знаю, куда здесь податься.

Милош некоторое время сомневался, стоило ли говорить о себе правду, но всё же ответил честно:

– Я лекарь, обучался в Совине. Но, говорят, в Ратиславии каждая деревенская бабка разбирается в травах, да ещё и заговоры читает.

Женщина оглядела Милоша с головы до ног.

– Каждая, да не каждая, учёным лекарям князь будет рад, он теперь разных людей привечает.

– Да уж, слышал, что даже лесную ведьму, – будто невзначай обронил Милош и улыбнулся весело. – Неужели правда ту самую, из Великого леса?

– Так говорят, – выгнула бровь хозяйка. – Она ещё осенью в Златоборск с княжичем Вячеславом пришла, но после исчезла, и ходили слухи, что она убила кого-то на княжеском дворе. Но раз Великий князь её принял обратно, значит, врали.

Милош повёл глазами по сторонам. Народ в зале вёл себя тихо, каждый держался отстранённо, и в каждом Милош подозревал недоброе.

– Что же, князю всё равно на заветы храма? Создатель велел гнать ведьм и колдунов прочь.

– Соколик, наш князь сам внук лесной ведьмы и потомок Константина-каменолома, ему-то лучше знать, чем Пресветлым Братьям, что хорошо, а что худо. И уж не нам за него решать. – Она поджала губы и наморщила веснушчатый нос.

«Пусть и рдзенка по рождению, а говорит, как ратиславка», – отметил Милош.

– Твоя правда, не нам решать за князей, – согласился он мягко.