Птицы Великого леса

Так не стоило ли пока обойтись простой кашей?

Но Ачим уже ушёл, и Милош остался один. Он угрюмо уставился на потёртую столешницу, пересчитывая мысленно свои сбережения и отгоняя проклятые, навязчивые, точно мухи в летнюю жару, мысли о Даре.

Значит, она была в Лисецке, служила князю и, быть может, не только её чародейский дар впечатлил Ярополка.

Великий князь был богат и знатен.

«И наверняка страшен, как водяной», – с отвращением подумал Милош, вспоминая тёмное одутловатое лицо его матери Фиофано.

– Совсем изголодался, что ли?

– А?! – Голос Ачима вырвал из забытья.

– Да смотрю, господин чародей, уже и пальцы себе кусаешь. Скоро принесу твой ужин, подожди ещё немного, – попросил хозяин и пошёл относить миску с пшённой кашей другому гостю.

Милош сжал тонкие пальцы.

В животе урчало, а на душе было вовсе погано. Милош едва дождался ужина, быстро поел и задолго до того, как погасили огни на постоялом дворе, ушёл спать.

Княжна Мирослава забрала немало сил, пусть Милош и черпал их из двух чернавок.

Постель снова оказалась холодной, а простыни влажными. Милош повалился без сил, закрыл глаза и пообещал себе, что вот-вот встанет и позовёт хозяина, потребует истопить в комнате и сменить бельё, но не смог даже поднять головы.

Он спал урывками, то и дело просыпался, точно выпрыгивал из-под набегающей волны, чувствовал, как дрожал от холода, но не мог совладать со сном и проваливался снова в забытье.

Так длилось бесконечно долго, пока из тишины безлунной ночи его не вырвал далёкий стон.

Оборвалась жизнь. Ещё одна. Бесплотный дух растаял в темноте, живой огонь рассыпался на сотни искр.

Милош подскочил на кровати, как ужаленный.

Неслышный для обычного человека вой разнёсся над городом. Не было сомнений, откуда он доносился.

Пару мгновений были потеряны, пока Милош размышлял, одеваться и бежать самому или вылететь соколом прямо из окна, чтобы подоспеть быстрее.

Он чуть не упал на тёмной лестнице, ударился о стол мизинцем на ноге и едва не потерял сапоги.

– Кто здесь?! – завопил Ачим. Мужик выскочил в одной рубахе да портах с топором в руках.

– Заткнись, – прошипел Милош сквозь боль. – Это я, пустошь тебя поглоти. Ку-у-урва, на кой здесь столько столов?

– Так это, люди тут жрут, – ошарашенно проговорил Ачим.