Пулевое многоточие

При звуках его голоса Гуров только головой покрутил. Но генерал, кажется, остался вполне доволен.

– Значит, договорились, – заключил он. – Сейчас быстренько по домам – душ, легкий завтрак, внешний вид… В порядок себя привести от и до! Чтобы безукоризненно выглядеть, понятно? На ковер в министерство идем, возможно, в Думу тоже вызовут. Пусть видят, что мои сотрудники – не олухи царя небесного.

– А когда же в госпиталь? – угрюмо спросил Крячко, которого перспектива приводить внешность в порядок совсем не вдохновляла.

– В госпиталь заглянем сразу после экзекуции, – махнул рукой генерал. – Да это не главное. С госпиталем все будет как надо, не сомневайтесь. Главное – настраивайтесь на работу. Нужно будет разобраться во всей этой карусели в рекордно короткие сроки, по-стахановски.

– Ну ты, Петр Николаевич, вспомнил – по-стахановски! – хмыкнул Гуров. – Иные времена на дворе.

– Времена иные, а результат должен быть добыт в рекордно короткие сроки, – повторил генерал. – В противном случае… Ну, сами понимаете, что будет в противном случае.

Только противное и будет…

– Противное меня мало волнует, – сказал Гуров. – Вот что будет противно, так это если убийство Быкова действительно перейдет в разряд «глухарей». В связи с ним погибли невинные люди. Оставлять это безнаказанным? Ради чего можно оставлять безнаказанным убийство невинных людей?

– Ради собственной безопасности, – робко проблеял капитан Кувшинников. – Обычно это основной мотив. За убийством Быкова стоят некие силы, которые боятся за собственную безопасность.

Ради нее они готовы на любое новое преступление. Это очень распространенный мотив.

– Спасибо, что просветил! – буркнул Гуров. – Вообще-то мой вопрос был чисто риторическим. Зря напрягался.

Он замолчал и до самой Москвы больше не проронил ни слова. Погрузился в размышления и генерал Орлов, который посчитал свою миссию выполненной и думал теперь исключительно о ближайшем будущем. Только доставив Гурова и Крячко по домам, он еще раз предупредил и того и другого:

– Через час – как штык! Будем держать оборону!"

"Дальнейшее, правда, мало походило на оборону.

Лишь только свежевыбритые и наглаженные Гуров и Крячко явились в управление, Орлов сразу же повез их обоих в министерство, где в кабинете одного из заместителей всем им устроили жесткую выволочку, обвиняя во всех смертных грехах, начиная от непрофессионализма и кончая пособничеством чему-то весьма нехорошему, что напрямую не называлось, но подразумевалось очень отчетливо.