Обычно менты не похваляются своими заслугами перед преступниками, но ты исключение, живой труп. Жить тебе осталось… – Лаптев замолчал, посмотрел в окно, изобразил, что подсчитывает что-то, беззвучно шевеля губами. – Три года, не больше, – продолжил он. – Посуди сам. На тебе два трупа, плюс отрезанное ухо американца и две статьи за незаконное ношение оружия.
– Почему две? – спросил Мякоткин. – Вы меня с револьвером взяли, так что не надо на меня еще какой-то ствол вешать.
– Ты забыл про винтовку «СВД», – напомнил ему Андрей.
– Но это мелочи! На фоне двух покойников статья за оружие – это детское развлечение, в суде на нее внимания не обратят.
– В американца Чернобук стрелял по своей прихоти, я его об этом не просил, – начал выстраивать линию защиты Мякоткин.
– Алексей, запомни. Все, что вы сделали в группе, стало результатом предварительного сговора между вами. От уха ты не открестишься. Тем более что вы же не кому-то его отстрелили, а американскому гражданину, журналисту, демократу, правозащитнику, отцу двоих детей.
Заморские дипломаты уже интересовались ходом расследования.
Мякоткин, ища подтверждения словам Лаптева, посмотрел на Стадниченко.
Виктор кивнул и сказал:
– Да, было такое дело. Поступал запрос из посольства."
"– К чему я все это рассказываю, – продолжил Андрей. – Тебе светит высшая мера наказания. С палачом ты познакомишься года через три, а может, даже раньше. Давай посчитаем. Суд – полгода, примерно год на кассационное рассмотрение и на рассмотрение прошения о помиловании, то-се.
Пройдет еще года полтора, и здравствуй, расстрельный подвал! Но мы можем помочь тебе избежать вышки. Не веришь? Сейчас докажу. Вспомни о явке с повинной. По своей юридический сущности она означает желание человека добровольно сообщить властям о преступлениях, совершенных им. В девяноста девяти случаях из ста это бывает полная туфта, признание, полученное у того субъекта, который уже задержан. Но бывают исключения. Предположим, поехал ты сегодня утром убить нашего сотрудника, но по пути передумал и решил покаяться.
Что ты на меня с таким недоверием смотришь? У суда будет наглядный пример – памятник Ленину. Хотел его Лотенко снять, да вот передумал. Каяться, правда, не стал, но это не важно. Главное в том, что он памятник на месте оставил. – Лаптев перевел дух и продолжил: – Заметь, Алексей, до сего момента мы не предъявляли тебе обвинение в покушении на убийство человека, вымогавшего у тебя деньги за молчание. Это мелкий штрих, но он показателен.
