Я принял унижения от человека, который должен вздрагивать от одного моего имени.
– Я не буду пить, – твердо заявил Лаптев.
– Андрей, ты знаешь обычай. Кто отказался выпить, тот стукач!
– Плевал я на все обычаи, вместе взятые! Обычай – это условность. Я враг условностей."
"– Черт с ним, не хочешь – не пей, а я причащусь. Или нет, погоди. Вначале скажи, как ты вошел? У меня что, дверь не заперта была?
Лаптев отсоединил от связки ключ, положил на стол перед Ефремовым.
– Когда я уезжал в командировку, ключи дома оставил.
До этого момента у меня никто не потребовал их сдать.
– Ах да, это же был твой кабинет! – Ефремов хотел было улыбнуться, но вместо этого у него получилась какая-то отвратительная гримаса, словно он раскусил капсулу с концентрированной лимонной кислотой. – Скажи, каково это, войти в свои бывшие владения, где теперь сидит другой человек?
– Желаю всего наилучшего! – сказал Лаптев, развернулся и пошел к двери, но Ефремов остановил его:
– Андрюха, стой, не бросай меня! Ты единственный человек, кому я могу пожалиться.
Лаптев, заинтригованный, вернулся к столу.
«Он ведь не пьян, – оценил состояние коллеги Андрей. – Просто выбит из колеи. Выпил-то Игорек совсем немного. Закаленного в передрягах опера с полбутылки водки не развезет».
– Мы с тобой никогда не ладили, – продолжил исповедь Ефремов. – Но я всегда ценил тебя как талантливого сыщика и руководителя. Наверное, в чем-то даже завидовал тебе.
«Пять минут подожду и ухожу», – решил Лаптев.
– Мы с тобой, Андрей, выкованы из одного металла, в нас течет одна кровь. Знаешь, почему Зиннер отказался от твоей должности? Он посидел в этом кресле день-другой и заявил: «Не могу в этом кабинете работать! Мне все время кажется, что Лаптев смотрит на меня». Зиннер, твой протеже, не смог тут работать, а я могу! Меня твой призрак не донимает. Я с ним мирно уживаюсь. – Заметив, что Лаптев собрался уходить, Ефремов вытащил из папки заключение криминалистической экспертизы, протянул ему и сказал: – На, посмотри! Это мой приговор, постановление о предании меня публичной анафеме.
Лаптев взял документ, пробежал глазами по заголовку и спросил:
– «Папиллон»? Он заработал, что ли?
Автоматическая электронная система распознания и сличения отпечатков пальцев рук «Папиллон» была введена в экспериментальную эксплуатацию в городском УВД в начале 1992 года, но положительных результатов пока не давала.
