Но это не всё! Рейвен опозорила меня на всю столицу! Она и герцог…
— Рейвен, что у тебя с Лаорой?
В синих глазах отца серебрилась вьюга, он был очень зол, но в отличие от Лейка безупречно держал лицо.
— Мы встретились сегодня в госпитале. Со мной был раненый морфал, герцог спас его.
— Думаешь, в это кто-то поверит? — возмутился Лейк. — Лаора Мастер теней! В качестве платы за лечение Тёмный Дар забирает его магию и жизненную энергию. Стал бы он так рисковать из-за низшего!
— Не судите всех по себе, ваша светлость! — воскликнула.
Голос не дрогнул, но внутри всё заледенело. Я так волновалась о Хель, что совершенно забыла про плату Мастеров!
Вот почему Дамиру стало плохо…
— Ну хорошо. Если тебе нечего скрывать и эти цветы действительно предназначены болезной птице, ты же не станешь возражать, если я прочитаю письмо Лаоры?
Лейк не спрашивал, а приказывал. И жестом потребовал, чтобы слуга подал послание.
Тот не шелохнулся.
— Я жду…
— Я против! — возмутилась. — Мне не за что оправдываться!
— Передайте его светлости, герцогу Лаоре благодарность за помощь от имени семьи Вэйс, — отец обратился к слуге.
— Моя дочь позже пришлет ответ.
Обходя по дуге разъяренного Вальтера, я забрала букет и письмо.
— Рейвен, проводи посыльного и подожди меня в кабинете, — тон отца не подразумевал возражений.
Холодно попрощавшись с Лейком, я жестом попросила слугу следовать за мной.
— Передайте герцогу мою искреннюю благодарность. Хель уже намного лучше.
— Его светлость будет рад это слышать.
Отпустив слугу, направилась к лестнице, ведущей в кабинет. Но не сумела совладать с любопытством и активировала плетение, усиливающее слух.
— Ты жалок, Лейк, — раздался хриплый голос отца, — не смог удержать интерес девушки и примчался жаловаться семье?
— Я не…
— Чего ты хочешь от меня? Чтобы я приказал Рейвен снова влюбиться в тебя? Это смешно! Я Жнец Смерти, а не покровитель влюблённых. Если тебе предпочли другого, это не мои проблемы.
— Честь дочери, тоже не ваша проблема?
— Того, кто посмеет посягнуть на честь моих дочерей, я убью, — в голосе отца звенела сталь, — с остальным разбирайтесь сами.
Я изначально был против вашей помолвки…
Плетение неожиданно развеялось и мне по носу прилетел фантомный щелчок. Отец почувствовал, что я подслушиваю.
— Ай! — охнула.
— В кабинет. Живо, — раздалось в мыслях.
ГЛАВА 3.3
Я невольно поёжилась, предчувствуя хороший нагоняй. Отец был справедливым, но строгим.
