Пушкарь (сборник)

Я думаю, что они были не для того, чтобы стеречь меня, – по статусу бею не положено было ходить одному. Где вы видели ну хотя бы губернатора, ходящего без свиты?!

В один из дней, осмелившись, я спросил у бея, когда меня отвезут к мурзе. Он рассмеялся:

– Мой отец уже купил тебя у прежнего хозяина, теперь ты мой. Такого искусного лекаря надо держать при знатном роде, а не при худом, где ты был. У меня в прислуге есть искусные кузнецы, гончары, кожевенники, златокузнец, а вот лекаря не было, а теперь он есть.

Так у меня появился новый хозяин, в принципе жалеть было не о чем, никакого имущества у меня не было, а сумка с инструментами всегда была при мне.

Мы отошли от селения, бей устало махнул рукой, и один из сопровождающих нас татар, подбежав, подставил скамеечку. Бей с видимым облегчением уселся. С каждым днем он чувствовал себя лучше, и я размышлял, не пора ли снимать лубки.

Вечером, сняв лубки, осмотрел ногу, постарался прощупать кость.

На следующий день с утра уже без лубков бей начал прохаживаться по юрте, наступая на травмированную ногу, но на костылях, снимая часть нагрузки с ноги. И такие упражнения мы проделывали несколько раз на дню. Отношение ко мне было как к полезной вещи – вокруг ходили татары и их домочадцы, но меня никто не замечал, я как будто был в шапке-невидимке.

Даже пообщаться было не с кем. Русских рабов в этом улусе не было. Наконец настал день, когда бей отбросил костыли и, прихрамывая, пошел сам. Я успокоил бея, заверив, что через одну луну – через месяц по-русски – он будет ходить нормально, ранее, когда снял лубки, я измерил длину обеих ног, длина была одинакова. Бывает после травмы, когда кости срастаются неправильно, одна нога становится короче и человек хромает.

Так, в частности, случилось с Тамерланом – его еще называли железным старцем или хромым Тимуром.

По случаю выздоровления бей устроил той – праздник по-русски. В селении резали баранов, пекли в круглых печах лепешки, в котлах в масле шипели мучные шарики, которые сверху посыпались тертым козьим сыром, к юртам несли большие кувшины с кумысом.

Перед юртой бея расстелили ковры, на которых, скрестив ноги, восседали мужчины.