Пушкарь (сборник)

– Молодец, хорошо поработал!

Я понял, что вопрос дармового жилья и еды встает передо мной в полный рост.

– Давай-ка, паря, подумаем, как нам быть. Комнату занимать мне невыгодно. Людишки в коридоре толкаются, мешают. Опять же, деньжат ты маленько уже поднабрал.

– Что делать, подскажи, ты же местный.

Лукич присел на лавку, долго хмыкал, чесал затылок, со стороны было видно, что идет мозговая работа.

– Два выхода есть: или комнату у кого в доме снять, или…

– А ты надолго к нам?

Я пожал плечами – идти мне некуда и жить негде, родственники будущие наверняка где-то есть, иначе как бы я появился в будущем – да только где и как мне их искать? Я представил на секунду, что будет, если я бы их нашел, – здравствуйте, я ваш прапра… внук? Хорошо, если сразу башку не скрутят.

– Ты, похоже, человек серьезный, – молвил трактирщик. – Если надолго к нам, можно в углу двора маленький домик поставить об одной комнате.

– Почему об одной, две хотя бы, в одной принимать, в другой ожидать, пока построим – осень будет, где людям находиться?

– А и верно – не подумал.

Мы хлопнули по рукам. И снова все потянулось по-прежнему – с утра прием пациентов, обед, опять прием. По мере работы количество пациентов росло – если раньше приходили с торга, то сейчас шли из города и окружающих деревень специально.

Где-то через месяц, утром, я проснулся от перестука топоров, громкого крепкого мужицкого словца. Выглянув в окно, увидел артель плотников, ставящих в углу двора, справа от ворот, сруб.

– Ты, что ли, жить здесь будешь? Игнат Лукич сказывал.

Мы определились, где будут двери и окна, и я радостно побежал умываться и завтракать.

Однако радость моя была преждевременной. Игнат Лукич сказал, что доски для пола придется ждать долго, ден шестьдесят.

– Как? – удивился я.

– А ты что думал, видел хоть раз, как доски делают?

– Нет, – признался я.

Не рассказывать же ему, что в моем времени доски из бревна получаются за пять минут. Во мне проснулся интерес – что за лесопилка здесь?

– А хошь, завтра со мной поедем, я в Ашихмино собирался, у меня там артель своя, бревна, вестимо, оттуда, и доски там делать будут.

На следующее утро Игнату Лукичу запрягли с утра нечто вроде пролетки – на двух седаков. Я пристроился рядом с хозяином, мы тронулись.