Пушкарь (сборник)

Я купил в оружейной лавке еще двенадцать метательных ножей из отличной толедской стали, выбирая с толком, уже зная, на что обратить внимание. Теперь по вечерам я успешно тренировался в метании ножей, перемежая свои занятия с обучением Нормы английскому языку. Надо хоть как-то общаться со служанкой. Постепенно я выяснил, что родом она с Азорских островов, маленькой девочкой вместе со всей семьей попала в рабство к испанцам, где всю семью разлучили. Хозяйка попалась злая, часто била, а иногда на потеху и в наказание отдавала своим слугам.

Выяснив историю ее небольшой, но трудной жизни, я проникся сочувствием.

Подошло время, когда О’Брайен заявил, что судно готово. Завтра он берет продукты и воду, и мы продолжаем плавание. Я в последний раз посетил Мигеля, посидел с ним за богатым столом, попрощался. Перед уходом он дал мне в руки рекомендательное письмо.

– Зачем оно мне, амиго Мигель?

– Сейчас в Сорбонне медицину преподает Жильбер Пако, лучший ученик Амбруаза; если придется быть в Париже, не сочтите за труд посетить его.

Мы вместе учились у Амбруаза, и он будет рад оказать вам помощь и услышать обо мне.

– Хорошо, Мигель, но я не собираюсь в Париж.

– Неисповедимы пути Господни, Юрий. Удачи тебе, и пусть святая Мария не оставляет тебя.

Он перекрестил меня на прощание и обнял. И пока я шел по улице, махал шляпой.

Наутро мы вышли в море. Наставала осень, было уже не так жарко, дул ветер и не всегда теплый. Синие воды становились серыми, день укорачивался. В прохладе я чувствовал себя бодрей, а Норма начала кутаться в одежды.

За неделю мы дошли до Бильбао, где взяли груз и набрали воду, далее капитан решил уйти от берега, срезав путь по Бискайскому заливу. Еще через неделю мы входили во французский Брест. Становилось прохладнее, днем температура не поднималась выше двадцати градусов, а ночью опускалась градусов до десяти. В одну из таких ночей я почувствовал рядом с собой тело. Служанка, то ли замерзнув, то ли решив соблазнить, пришла ко мне в постель. Ну что же, я не монах, но насиловать бедную девушку мне не хотелось, уподобляясь слугам злой испанки. До этой ночи я с ней не спал, пользуясь положением господина.

Но коли сама, чего же отказываться? После этого случая делали мы это регулярно.

По-моему, ей это понравилось.

В Бресте стояли недолго, и я чуть было не угодил во французскую армию, причем не добровольцем. Оказалось, в армии французского короля не хватало солдат, по велению монарха армия устраивала облавы, кого схватили, того и в рекруты.