Пушкарь (сборник)

– Молодец, лекарь! Утерли послу нос, будет знать, что и у нас в России есть светлые головы и умелые руки. Перед царем Михаилом Федоровичем не срамно, не осрамил княжества моего перед иноземцем. Садись со мной за стол, отпей вина доброго.

После нескольких осушенных кубков князь спросил, что желаю. Просьб у меня не было.

– Слышал я, госпиталь ты организовал, учеников себе взял, это хорошо, по-государственному мыслишь, не все так могут, даже потомственные дворяне, только о кармане своем пекутся. Ежели нужно чего, скажи – своей властью решу.

Я вежливо поблагодарил и откланялся. Как говорили на службе в армии: «Длинная дорога вокруг начальства короче прямой».

И снова потянулись будни – я постепенно начал осваивать более широкий круг операций, да и от помощников стал получать чувствительную помощь. Оперировать – дело важное, но выходить больного не менее ценно. Кстати, зуд изобретательности у меня не прошел, и многие купцы или ремесленники пользовались моими придумками: по усовершенствованию колясок, лесопилки, мне даже пришлось дать совет по улучшению работы водяной мельницы, производительность которой и тонкость помола возросли.

Я потихоньку становился обеспеченным человеком – не богатым, но мог не думать о хлебе насущном, да и на челядь и помощников тоже приходилось тратить изрядные суммы. Так, в трудах и заботах прошел год моего пребывания в новом для меня мире.

Утром я направился в Кремль, к Афанасию. Обстановка была необычной: стояла суета, охрана у входа удвоилась, к Кремлю подъезжали крестьянские подводы с продовольствием – из-под рогожи выглядывали половинки свиных туш, капуста, репа, мешки с зерном.

Афанасия удалось поймать в коридоре за рукав.

– Прости, лекарь, недосуг мне, вишь, чего делается?

– Утром гонец прискакал – в дневном переходе от Рязани поляки с литовцами, идут воинской колонной, не иначе Рязань воевать хотят. Готовимся мы.

– А что лекари на войне делают – иди, готовься.

Я заехал домой, предупредил своих, чтобы за ворота ни ногой, послал челядь на базар купить соли и съестных припасов – как-то оно обернется?

Сам поехал в госпиталь, предупредить помощников, чтобы заготавливали впрок бинты, пустили на всю мощь самогонный аппарат, заготовили палки и лубок для шинирования.

Замочил в самогоне конский волос и льняные нити для швов. Над воротами у госпиталя уже несколько месяцев красовался красный крест, такой же, как и на заборе моего дома.