Карпенко нервным движением снял фуражку.
– Нет, первоначальное решение было неправильным, мы будем нести вахту в японских водах по очереди, тройками. Первая тройка – «Трибуц», «Аскольд», «Новик» – выйдет в район патрулирования примерно через неделю. Еще через десять дней мы вернемся, и тогда настанет ваша очередь в компании «Баяна» и «Дианы». Без дела никто не останется. Когда достроим поселок и разгрузим «Вилков» от запасов и людей, и он пойдет в дело, на берегу сидеть не будет никто.
– Спасибо, товарищ капитан первого ранга за разъяснения; все прочее, как мы понимаем, это уже военная тайна.
Только вот тут ребята спрашивают – с девочками местными знакомиться можно, или как? А то вот товарищ Спиридонова наших ребят от их общаги гоняет нехорошими словами, аж повторять стыдно… – В строю одобрительно заржали.
Я поднял руку.
– Знакомиться можно, но только вежливо и с обходительностью, и чтоб последствия знакомства были по взаимному согласию, а не так, чтобы хвать за волосы и – «сейчас я буду тебя сильно любить!».
И еще, все личные дела с «девочками» в нерабочее для них время – после семнадцати ноль-ноль. С завтрашнего дня все обслуживание береговой базы начнем перекладывать на их плечи.
– Да мы что, мы тоже понимаем, что уголовный кодекс, ептить, уважать надо. У меня все, товарищи командиры.
Иванько отдал нам честь и вернулся к своим.
Я проводил его взглядом. Еще неизвестно, сколько провокаций со стороны мелкой кучки несогласных пресек этот Иванько, когда пообещал «порвать всех» и основная масса моряков его поддержала.
И теперь надо ожидать попыток побега. Я тяжело вздохнул и поднял руку.
– Еще вопросы есть? Нет… Хорошо. Тогда последнее объявление – сегодня вечером на острова доставят тысячу штук офицерских наганов с патронами. Товарищи новопроизведенные прапорщики и подпоручики, получите и извольте научиться пользоваться, ибо офицер без оружия – все равно что без штанов. Со временем закажем для вас в Бельгии пистолеты Браунинг№3. А вот теперь мы можем считать, что наше собрание закончено, товарищи.
Не смею вас задерживать.
Михалыч шепнул мне на ухо:
– На «Трибуце», «Быстром» и даже «Вилкове» все О`кей, а вот на «Бутоме» – там вольница, как на челне Стеньки Разина; они все же гражданские, мы с ними еще наплачемся…
– Знаю, ерунда все это, – так же тихо ответил я ему, – загрузим работой по полной, некогда будет дурью маяться. «Новик» именно они реконструировать будут. А кто воду мутить начнет – вали без разговоров.
