На настоящий момент разбит палаточный лагерь, оборудованы пищеблок, солдатская и офицерская столовые. Из элементов учебного полигона полностью закончено стрельбище и тир. Кандидаты приступили к контрольным стрельбам.
– Ну-с, Александр Владимирович, замечательно! – Наместник Алексеев повернулся к своей свите. – Обратите внимание, господа офицеры, всего за три дня такой результат! А ну, Александр Владимирович, признавайтесь, палаточки-то откуда взяли?
– Трофейные, ваше высокопревосходительство, – отвечаю я, – как и котлы в пищеблоке и много чего еще.
У меня такой начальник службы тыла, что ржавого гвоздя не выкинет, все в дело приспособит.
– Хорошо, хорошо, – Наместник огляделся вокруг, – а не пройтись ли нам на ваш полигон, посмотреть, как там идут работы? А, Александр Петрович… – увидел он выходящего из штабной палатки полковника Агапеева. – И как ваша жизнь с этими головорезами? Загорели вы слегка, румянец появился – не бедствуете, однако…
Ну да, до полигона два километра – а тут ни лошадей, ни джипа, чтобы возить начальство.
Как они будут, с эдакой комиссией, пешком добираться по пересеченной местности? Но выяснилось, что я, оказывается, слишком плохо думал о Наместнике…
За полчаса мы с Агапеевым да Наместник со свитой довольно бодрым шагом добрались до полигона. Может быть, все дело в том, что вся жизнь светского человека проходит на ногах. На всех этих балах, приемах, аудиенциях и прочие мероприятиях публика СТОИТ! Сесть предлагают только самым немощным старикам. Я к чему это говорю – большая часть генералов-пузанов из «арбатского округа» умерла бы, не пройдя и полпути до полигона.
Но, короче, пришли. А там строительство вавилонской башни в разгаре. Одни ров роют, только земля с лопат летит. Русского солдата учить копать не надо – любят это земляное дело мало, но когда припрет, роют как кроты.. Те, что до службы плотниками были, сколачивают из бревен и досок стандартный макет двухэтажного дома. Вот-вот поднимать будут, ямы под столбы уже вырыты и цемент в корыте замешан.
Вон столбы ставят и колючую проволоку натягивают. Поснимали все, что японцы на лагеря для рабочих пустили и еще на складе мотки нашли… И еще творят нечто, непонятное даже мне, но тут распоряжается Слон, и я не вмешиваюсь – он в учебных делах куда больший дока, чем я. Чуть в стороне деталь пейзажа, более-менее понятная местным – ряды мишеней для отработки приема штыкового боя. Такие же мишени будут включены и в состав штурмовой полосы для отработки комплексных навыков.
