Пустая могила

Нашел в ящике комода в спальне Джессики. Не волнуйся, это не Источник или что-то в этом роде.

– Будь это Источник, мы бы его в тот круг бросили. – Я взяла у Локвуда коробочку и открыла сморщенную крышку. В тот же миг внутри в последних лучах солнца блеснуло что-то голубое и такое прозрачное, что я невольно ахнула. Коробочка была выложена изнутри папиросной бумагой, на которой лежала золотая цепочка с кулоном. В кулон был вставлен сверкающий полупрозрачный голубой камень, овальный и гладкий. Прекрасный камень. Я осторожно взяла его и заглянула в него словно в глубокую чистую воду.

– Что это, Локвуд? – спросила я. – Такой красоты я в жизни не видела.

– Это сапфир. Мой отец купил этот камень где-то на Востоке и сделал из него кулон для моей матери. Это было ее любимое украшение. Во всяком случае, именно так мне рассказывала сестра, сам-то я этого, разумеется, не помню. А потом я совершенно забыл про него, вплоть до сегодняшнего дня.

– Значит, на твоей матери этой подвески не было, когда ее…

– Не думаю, что она носила его каждый день, скорее всего, надевала только в особых случаях.

Слишком много оно для нее значило. Отец подарил его маме вскоре после того, как они познакомились, и этот кулон стал символом его вечной любви.

Я повернула камень так, чтобы на него еще раз упал луч догорающего солнца, а затем осторожно вернула подвеску в коробочку и протянула ее Локвуду.

– Ничем другим оно быть и не могло, – сказала я.

– Да… Но… Видишь ли, Люси… – Он нервно прокашлялся. – Я собирался спросить тебя…

Со стороны кухонного крыльца донесся звонкий свист.

Мы повернули головы и увидели Киппса.

– Надеюсь, я не сильно вам помешал. – Он посмотрел на нас. – Просто хотел сказать, что к нам пожаловали гости. Люди Винкмана.

Квилл был прав. Возле лавки Арифа на углу шла какая-то возня. Перед самым закрытием из нее вышли двое мужчин, пересекли улицу и присели на низенькую, погруженную в густую тень каменную ограду. Кряжистые, молчаливые, они почти полностью сливались с ночной темнотой, их присутствие выдавали лишь вспыхивавшие время от времени огоньки сигарет.

А еще иногда они как бы случайно посматривали вдоль дороги, в сторону нашего дома. Так они сидели до тех пор, пока не зажглись призрак-лампы, а все наши соседи не разошлись по своим домам. На окнах опустились занавески, улица опустела. Красные огоньки сигарет остались.

Эти двое сидели здесь, чтобы проследить, не выйдет ли кто-нибудь из нашего дома. Наивные! Этим путем уходить из дома мы не планировали.