Пустая могила

 – Увидимся через пару минут, – сердечно добавила я.

Джордж ничего не ответил. Мне показалось, что он онемел от страха.

Держась за цепь-проводник, Джордж и Холли двинулись вперед, добрались до края железного круга, перелезли через цепи и спустя мгновение начали растворяться в мутной дымке призрачного света.

Сильный удар сотряс дверь, и раздался громкий треск. Двое или трое налетчиков отдирали последние железные полосы, готовясь проникнуть в спальню, но, увидев портал на Другую Сторону, в испуге отпрянули назад.

Бандиты исчезли, но на их месте появился сэр Руперт. Лицо у него было в крови, зубы оскалены. Он протискивался в разбитую дверь, а я выхватила с пояса рапиру и встала рядом с Локвудом.

Внезапно вопли заточенных внутри железного круга призраков стали еще громче. Я оглянулась на портал. Холли и Джордж исчезли. Цепь-проводник ритмично покачивалась, отмечая путь тех, кто где-то внутри круга продвигался вперед, держась за нее. Призрачные фигуры неистово и, как мне хотелось надеяться, разочарованно носились внутри воздушной колонны.

Пока я оглядывалась, цепь перестала раскачиваться и спокойно замерла.

– Получилось! – сказала я. – Они прошли. Квилл, ты следующий.

Киппс кивнул – желто-красные перья на его капюшоне бешено закачались. Нет, как хотите, но в этой накидке Квилл больше всего напоминал печального цыпленка, которого гонят по трапу в кастрюлю с кипятком. Он взялся рукой за цепь-проводник и нерешительно посмотрел в сторону железного круга.

В разбитой двери что-то хрустнуло, и в спальню вкатился сэр Руперт Гейл. На пол он приземлился довольно неуклюже, однако сумел увернуться от удара моей рапиры и вскочил на ноги, успев небрежным взмахом кулака отшвырнуть меня в сторону. Я опрокинулась на Локвуда, он потерял равновесие, и пока мы пытались отлепиться друг от друга, сэр Руперт выхватил свой клинок и моментально перешел в атаку.

Мимо меня стремительно пронеслось что-то похожее на разозленного попугая с рапирой в руке, и сэру Руперту пришлось отступить назад к двери.

Он выглядел ошеломленным и мог лишь парировать удары, даже не думая о нападении. Возможно, свою лепту в успех Киппса внес, скажем так… его необычный вид – на глазах огромные очки-консервы, над головой колышащиеся перья райской птицы… Знаете, я не стала бы слишком упрекать сэра Руперта за то, что он растерялся. Я думаю, любой опешил бы на его месте, увидев перед собой такого Киппса.