Пустая могила

Сегодня я весь день думала о пустой могиле на кладбище, о том, как неподвижно сидел Локвуд рядом с ней на чужом могильном камне, о том, что горе тревожило и преследовало его сильнее любого призрака. Во мне закипал гнев. Моя рука непроизвольно легла на рукоять рапиры. Я боялась открыть рот, чтобы не сказать сэру Руперту все, что я о нем думаю. Джордж тоже ощетинился как еж, и по блеску его глаз за стеклами очков я догадалась, что он готов вступить в перепалку. Мудрее всех повела себя в этой ситуации Холли. Оставаясь спокойной, безупречно вежливой и холодной, она устало и слегка презрительно следила за сэром Рупертом из-под полуопущенных век.

И чем дольше длилось молчание, тем хуже начинал смотреться на ее фоне сэр Руперт. Его еще недавно выглядевший безупречным твидовый костюм вдруг стал казаться слишком кричащим, безвкусным и жалким; соломенно-желтые усы на фоне побагровевшего, вспотевшего, перекошенного от злости лица стали нелепыми.

– Он отправился в театр в Стретфорде, чтобы разобраться с появившимся там Спектром, – невозмутимо пояснила Холли.

 – И мы идем туда же, чтобы встретиться с ним прямо на месте. Благодарю вас за внимание, проявленное к нашей работе.

– Хм… Спектр? И вы идете все вчетвером, чтобы справиться с каким-то Спектром? Не слишком ли много чести для одного призрака? – спросил сэр Руперт и цыкнул зубом. – Соответствующие документы у вас есть?

– Конечно, – кивнула Холли, не сделав при этом ни малейшей попытки вытащить из кармана какие-либо бумаги.

– И вы можете показать их мне?

– В таком случае я прошу предъявить их, – улыбнулся уголками губ сэр Руперт.

– А почему бы вам не поверить нам на слово, Гейл? – спросил Джордж, пока Холли медленно, очень медленно открывала свою сумку. – Впрочем, вряд ли вы имеете какое-нибудь понятие о подобных вещах.

– Тебе известны новые правила, Каббинс, – сказал сэр Руперт, игнорируя выпад Джорджа. Затем он взял у Холли бумаги и затянутыми в перчатки руками развернул их. – Выходя на работу, агенты должны иметь при себе документы, подтверждающие согласие клиента.

Раньше в Лондоне действовало слишком много неконтролируемых агентств, что подвергало опасности непридирчивых горожан. То, что было, можно назвать анархией. Недели не проходило без того, чтобы кто-то из клиентов не был задет рапирой или не получил ожоги от соли. А уж о повреждениях от греческого огня я вообще молчу…

– Вот только смотреть на нас так не надо, – сказал Джордж. – Мы сто лет уже ни в одном доме пожара не устраивали.