– Кругом урон от этого Лавра, – пробормотал Чегевар. – Как бы его быстрее проводить… на родину или к праотцам… неважно!
– Ладно, поехала я. – Анька потянулась, неохотно поднявшись с постели. – Павлик один дома.
– Оставайся, он уже большой пацан, – хмыкнул Чегевар. – Ему даже лучше, что тебя нет.
– Вот этого я и боюсь. Ты и так старый дед, а мне в бабки еще рановато.
Он рассмеялся и, властно притянув ее к себе, поцеловал в губы.
– В среду с Пашкой приезжайте пообедать, – велел, заглядывая в глаза. – Кулик вас заберет.
– Обязательно, Сенечка, – Анька чмокнула его в щеку.
– Береги себя, – попросил он, провожая ее до машины.
Через несколько минут Владыкина резво выехала со двора в темный проулок и понеслась к горящему огнями проспекту. Мысль о том, что удалось убедить Чегевара защитить Машу, согревала душу.
«Все-таки внял старый хрен доводам рассудка», – про себя хихикнула она, не заметив притаившуюся за соседскими кустами потрепанную иномарку.
Муслим, не включая фар, вырулил следом за голубой «Тойотой Короллой» и аккуратно пристроился сзади.
"
"«Какая-то мадам ночью возвращается от Чегевара. Аскет наш», – хмыкнул про себя Муслим, на ходу запоминая номер. Он даже въехал во двор, а толстая клуша ничего не заподозрила. Не похожа на прислугу, тем более на шалаву. Да и за столько лет, что ходил под Чегеваром, ни разу не слыхивал Муслим, чтобы около старика вертелись бабы.
«Нутром чую, что тут у него лежбище, – сам себе заметил Муслим и мысленно посмеялся над собой: – Напугался, как мальчик маленький.
К дяденьке прибежал прощения просить. Типа не был, не состоял, не участвовал. Среди ночи поехал, сразу после стрельбы на серпантине, как только Репу повязали. Но слава тебе, господи, не успел сочинить правдоподобную версию. Оттого и застрял в начале улицы. Господь управил».
Андрюха Баранников по прозвищу Муслим истово перекрестился и даже отчитал по памяти «Отче наш», а затем сдал назад и, все так же не зажигая фар, выехал со двора.
Он несся по трассе к близлежащему поселку, где со вчерашнего вечера квартировал Лавр, и размышлял.
«Тут все просто и понятно, как в бою. Нужно взять в плен эту бабу и выдвинуть дядюшке Че свои условия. А если еще и Лавр подпишется, можно и весь город под себя подмять. После гибели Чегевара кто займет его место? Дурковатый Кулик или метросексуал Супер-кот? Умишка не хватит! – мысленно похвалялся Муслим. Но тут же оборвал сам себя: – Хватит, делом займись. Время поджимает».
